— Что-о-о? Остаться в Меланже? Да ты с ума сошел! Я сплю и вижу, как бы мне побыстрее вернуться домой! Здесь не жизнь, а сплошное мучение!
Горубл хотел было что-то сказать, но передумал и внимательно посмотрел на Лафайета.
— В таком случае, — осторожно начал он, — почему бы тебе не вернуться в Артезию?
— Дело в том, что…
— Насколько я припоминаю, ты был в весьма незавидном положении, когда тебя схватили мои ребята. И вот теперь — этот странный способ передвижения… Сдается мне, что ты больше не хозяин своей судьбы. Бывший король задумчиво потер подбородок. — Я знаю, что ты — Лафайет О'Лири; я заметил у тебя на пальце перстень с изображением секиры и дракона. Больше ни у кого такого перстня нет. Но… Мальчик мой, неужели, — промурлыкал Горубл, словно тигр перед обедом, — неужели ты утратил свою бесценную способность управлять вероятностями по своему желанию? А?
— Конечно, нет. Я… я просто хотел поговорить с тобой и… и поэтому оказался здесь.
— Да, конечно… и при этом рот у тебя забит снегом, а на лбу уже появились новые шишки. Ну, что ж, отлично, сэр Лафайет: прежде чем мы продолжим нашу беседу, докажите мне свое могущество. Пусть здесь окажется маленький, удобный шатер, а в нем, скажем, походная печка и бар — мы бы могли в уютной обстановке продолжить наши переговоры.
Неуверенно хмыкнув, Лафайет ответил:
— С какой стати я буду тратить на это свое время?
— Тогда что-нибудь попроще: как насчет маленького веселого костра, вон там, под скалой… — Горубл махнул рукой в направлении белой снежной завесы.
— Зачем это все? — выдохнул Лафайет. — Тебе проще сдаться — в этом случае я замолвлю мистеру Прэтвику за тебя словечко…
Горубл склонился над ним и прошипел прямо в лицо:
— Признайся! Ведь ты ничего не можешь сделать! Ты всего-навсего ни на что не годный болван!
— Вовсе нет! — в отчаянии крикнул О'Лири. — Мои способности практически безграничны!
— Тогда для начала попробуй избавиться от этого ковра, в который ты каким-то образом завернулся!
Лафайет дернулся, изо всех сил стараясь освободиться, но все было бесполезно. Он был намертво спеленут, словно гусеница в коконе. Горубл довольно рассмеялся:
— Великолепно, просто великолепно! Я не знаю, как ты попал в основной район моих опорных пунктов, сэр Лафайет, но большого вреда ты мне не причинишь. Более того… — Он, задумавшись, закивал головой. — Мои планы приобретут дополнительное измерение, если можно так выразиться. Да, именно так. Почему бы и нет? Теперь я обладаю важными сведениями, и мне совсем необязательно задерживаться в Меланже. Почему бы мне не расширить свою империю — я мог бы включить в нее все сочетаемое множество миров… Ну, а пока вот что: где находится эта неуловимая девчонка, которую ты выкрал у меня?
— Ты ее никогда не найдешь, — ответил Лафайет.
— Какой ты, однако, скрытный! Ну, ничего, это можно легко поправить. У нас с тобой будут долгие беседы, мой мальчик. У моего вассала, герцога Родольфо, есть опытный специалист по ведению допросов, некий Гроунвельт, так он быстро развяжет тебе язык!
Стремительно развернувшись, Горубл отдал команду гвардейцам в красных мундирах: они подскочили к Лафайету и, поставив его на ноги, размотали смерзшийся ковер.
— Вот те на — дама! — ахнул один из них, увидев в складках тринадцатой модели ошеломленную и дрожащую Свайнхильд.
Горубл радостно засмеялся:
— Ну, наконец-то мне повезло! — крикнул он. — Судьба мне улыбнулась! Это знамение — знамение, ты меня слышишь?
Он так и сиял от счастья, глядя, как его слуги крепко схватили девушку за руки и поставили ее на ноги. Про ковер все, казалось, забыли. Воспользовавшись этим, Лафайет бросился к тринадцатой модели, но чьи-то руки мгновенно схватили его.
О'Лири рванулся из последних сил — и поставил ногу на запорошенный снегом ворс ковра.
— Домой, — скомандовал он, обращаясь к входной схеме приемника. Полная скорость и никаких отклонений от курса.
При этих словах ковер развернулся, обдав Лафайета фонтаном ледяных кристаллов, подпрыгнул на шесть футов и неподвижно повис в воздухе. Когда же пришедший в себя от удивления гвардеец попытался схватить его, он взмыл вверх и скрылся в снежном буране.
— Он заколдован! — вскрикнул гвардеец, отскакивая в сторону.
— Глупости! — отрезал Горубл. — Наверняка еще одна штучка из «Аякса». Так значит, ты заодно с этими умниками, сэр Лафайет? А? Ну ничего: я разделаюсь с ними, как, впрочем, и со всем этим отсталым герцогством!
— Кишка тонка! — ответил Лафайет. — Твои планы захватить Артезию провалились, провалится и этот!