— Да, уже восемь лет как… Фил Альби меня зовут.
— Ройга Глерви.
— С вами больше никого?
— Нет, из нашего мира трудновато уйти, — пожала плечами Ройга. — Наш Огневик жесткие ограничения поставил. Мне пришлось за ниточки потянуть, и то промурыжили очень долго, пока не выписали разрешение. Времени собирать группу уже не было. Но при мне цифру «десять» в заявке зачеркнули, вписали девятку и отправили заявку дальше.
— Ну, хоть что-то, — вздохнул Альби. — Если честно, у нас тут дикая нехватка сотрудников! Из местных выпускников почти никто не хочет в химерологи. Хотя сейчас, надеюсь, должно стать полегче. Ладно, это все потом. Идемте быстрее, а то Рюдин меня замаринует, если замешкаемся. Он хочет вас сразу пристроить к делу.
— Рюдин — это начальство? — уточнила Глерви, цокая собакам языком, чтобы шли следом.
— Да, главный химеролог. Отличный руководитель и отличный специалист, но… — Альби замялся.
— Дайте угадаю — ему лет сто пятьдесят? — спросила Ройга. — И нет никакого снисхождения к слабостям сотрудников?
— Ему двести двадцать, — вздохнул Альби. — И нет — совсем никакого.
«Прелесть, — весело подумала Ройга. — Медленно едущий крышей старикан в начальниках — полвека такого избегала, и вот нате! Ну, никто не обещал, что будет легко!»
Однако все оказалось еще сложнее, чем Ройга думала. Речь шла не просто о желании сразу «пристроить ее к делу». Оказывается, Рюдин хотел немедленно, в первый же день по прибытии отправить Ройгу в командировку на морскую платформу — вдали от берега! Чтобы она там ныряла и работала с рыбами-химерами, которые пасут стада! Не дав ей ни жилье найти, ни собак пристроить.
Что там, ей даже в город выйти не дали: с портального острова до химерологической лаборатории они доплыли на лодке, под сжатый, но емкий рассказ Альби о местных особенностях и сути деятельности химерологической лаборатории. А потом от лаборатории должны были также на лодке сразу отправиться на причал!
— Простите, но как же… — начала Глерви.
— Собак оставите здесь в виварии, за ними присмотрят, — хмуро сказал Рюдин. — Вон Альби и присмотрит, он до сих пор не изжил сентиментального отношения к животным. Так что если вы тоже не изжили — сработаетесь. А остальное — обойдетесь. Было бы у вас живое тело, другое дело, но мертвецу акклиматизация не нужна. Премию вам выпишу, не волнуйтесь.
«Прелестно», — опять подумала Ройга.
Ее слегка задело за живое, как Рюдин тут же сходу определил, что у нее немертвое тело — хороший тон предписывал уточнять. Пусть даже наметанный глаз немедленно ловит и пластику движений, и особенности строения кожи. А если улучшенное обоняние, можно и запах консерванта разобрать.
— У нас чрезвычайная ситуация, — объяснял Рюдин, пока немертвые слуги грузили в его лодку множество ящиков. — На платформе девять сразу оба дежурных получили серьезные травмы. Своими силами они справиться с последствиями не могут: у одного уплыла нога, у другой живое тело и она получила серьезную травму руки. Такой отчет принесла третьего дня немертвая химера. Заменить мне их некем, Альби и Ганеман нужны здесь. Придется ехать самому. Я думал, что вынужден буду сделать это в одиночку, но раз вы появились, и химеры при вас качественные, так что на неопытную девочку вы не похожи, то возьму вас с собой. Там же по ходу работ и проинструктирую.
Так что Глерви ничего не оставалось, как оставить Кедра и Рыжуху в прекрасном, чистом и хорошо оборудованном виварии (Альби клятвенно пообещал кормить их и выгуливать трижды в день), уложить Первого и Вторую в чулан вместе с теми ее вещами, которые не должны были пригодиться на платформе, и сесть в лодку вместе с Рюдиным.
Умертвия налегли на весла, и не успела лодка отойти от причала, как главный химеролог действительно начал инструктаж!
— Первым делом с самого опасного и того, из-за чего к нам не хотят идти работать: погружения. Да, нырять придется. Иногда подводные части конструкции надо чинить или еще что-то случается. Но при соблюдении техники безопасности несчастные случаи у нас редки. А через полгода я надеюсь и вовсе подготовить достаточно живых сотрудников и переписать правила: нырять будут только те, у кого живые тела.
— Как это? — Глерви приподняла брови.
— Новое изобретение. Молодой да ранний отличился… тоже, кстати, из фронтирного мира. Придумал некий несамостоятельный некроконструкт, который позволяет дышать под водой.
— Надо же, — проговорила Глерви. — А этого молодого да раннего фамилия не Бьер, часом?
Рюдин бросил на нее хмурый взгляд.