Мага звали Кунт Ленсман, и вот он выглядел как классический жизнюк, которых я еще в Люскайнене насмотрелся: благообразный, с длинной седой бородой и седыми волосами, однако гладким, так и пышущим здоровьем лицом. Ходил он в белом балахоне, скрадывающим фигуру — правда, пошит этот балахон был из той же полупрозрачной ткани, что и моя одежда. Как я уже успел выяснить, такая ткань изготавливалась из местных водорослей и стоила очень дорого, поскольку высоко ценилась за свойство охлаждать в жару. Так что Огневичка действительно подогнала нам с Игнис роскошные костюмы! Вот только на мне этот эффект пропадал втуне: мне жара и так не страшна.
А дело происходило в кабинете, специально отведенном лекарю Южной крепости. Довольно просторная комната с видом на море, письменным столом, шкафами и сундуками. Увы, ни одного микроскопа, пробирки или хотя бы стетоскопа в шкафу тут не нашлось. Из всего относительно медицинского — только пила для ампутаций да набор жгутов. И ради этого я так рвался в Старший мир?
— А почему тогда в контракте указан только один пациент? — уточнил я, с сомнением разглядывая сундучок.
Как представлю, что мне опять предстоит разбирать чужие рукописные каракули!.. Плюс, у здешних магов Жизни, в отличие от некромантов, нет даже единого принятого стандарта ведения записей. То есть все это будет не только накорябано каракулями, но еще и вразнобой.
— Из-за разницы в статусе, — пояснил маг Жизни. — Госпожа Мадсен, несмотря на все ее таланты, все-таки обычная простолюдинка. Ради нее никто не стал бы прилагать столько усилий и выписывать лекарей из других миров! Мэтресса Нейгарт оплачивает ее лечение из собственного кармана и настаивает на использовании лучших эликсиров и материалов.
— Понял, — кивнул я. — Значит, мэтресса Нейгарт и госпожа Мадсен. Маг Воды и… кто? Ее родственница? В каких она отношениях с мэтрессой Нейгарт?
Спрашивая это, я отнюдь не сплетничал, а собирал анамнез.
— Изначально, как я понял, просто служанка, — нахмурился Ленсман. — Из ближних, таких, которые при благородных госпожах вроде наперсниц. Они с детских лет вместе. Теперь же госпожа Мадсен, фактически, исполняет обязанности коменданта крепости вместо мэтрессы — та из-за своего состояния не способна справиться с ними в полной мере. Хотя, честно говоря, даже будь она способна, едва ли пожелала бы… И вообще, я рекомендую по всем вопросам обращаться именно к госпоже Мадсен. Так будет быстрее и проще. Мэтресса Нейгарт… думаю, я не удивлю вас, если скажу, что с ней трудно иметь дело. С одной стороны, особу в ее положении можно понять, с другой же…
— Вот о положении я хотел бы услышать поподробнее, — решительно перевел я разговор в практическую плоскость. — Что все-таки с ней происходит? Чем она больна? Это наследственное или приобретенное? Острое или хроническое?
Может, я зря так сразу решил поставить себя пожестче и стоило дать Кунту высказаться. Однако по его интонации мне показалось, что кроме нытья и жалоб на магессу Воды я рискую ничего не услышать. Ничего полезного о заболевании, я имею в виду. Преподаватели в моем Люскайненском училище частенько грешили тем, что вместо здоровья пациента обсуждали его характер, платежеспособность и связи. Медицинская этика? Нет, не слышали. За чем-то похожим — тоже только к некромантам.
— Что это за болезнь — никто не знает, иначе уж кому-нибудь удалось бы ее вылечить, — укоризненно поглядев на меня, развел руками Ленсман. Видно, надеялся излить в подходящие по статусу уши накопившиеся жалобы. А теперь страдает, что ему не повезло: нарвался на бесчувственного молодого зазнайку. — Однозначно — хроническое, однозначно — приобретенное. Заболела она восемь лет назад, после боя с морским чудовищем.
Морское чудовище, которое ранило магессу Воды, способную ладошками развести цунами⁈ Я даже знать не хочу, что ж там за кракен такой был. А придется узнать.
— … С тех пор мэтресса постоянно испытывает сильнейшую слабость, головокружение, отсутствие аппетита, проблемы с пищеварением. Поддержка магией Жизни на некоторое время улучшает ее самочувствие, но при каждом таком сеансе мэтресса переживает приступ лихорадки — жар и боли во всем теле. Что же касается госпожи Мадсен, то она в том же бою получила ожоги ядом чудовища, которые с тех пор так и не зажили. Системой подобранных моими предшественниками и, кхгм, мною алхимических эликсиров и воздействием магии Жизни снимается большинство симптомов ожоговой болезни, но полного исцеления добиться до сих пор не удалось. Однако и для нее сеансы магии Жизни чреваты лихорадкой — а без них состояние начинает резко ухудшаться. Иными словами, эти женщины вынуждены регулярно проходить через ужасные муки, чтобы вести хотя бы сносное существование, — мрачно и торжественно сообщил лекарь.