Перевязки раз в три дня пришлось сменить на перевязки каждый день, и чтобы они не отнимали так много времени одним куском, я начал перевязывать Оллу по частям два раза в день: верх утром, низ вечером. Заодно подбадривал дополнительно Жизнью, снимая усталость.
Что касается Теи Нейгарт, то ей не становилось лучше, но и хуже тоже не становилось — а это в ее положении был успех из успехов! Я отлично помнил, что определил ей срок в полгода при первом обследовании. Скорее, интуитивно, потому что реально у меня не было должной насмотренности на терминально больных пациентов. Но чем больше я думал, тем больше понимал, что мой первый интуитивный вывод оказался верен.
Так вот, полгода — это двадцать три недели. На таком маленьком горизонте две недели должны были дать существенную негативную динамику, вполне заметную моими способами контроля. А ее не было! Даже я бы осторожно отметил некоторое, очень слабое, улучшение состояния. Это не было похоже на исцеление, скорее, мои меры по укреплению организма дали плоды, и Тея стала лучше сопротивляться болезни.
Еще прошедшая неделя отметилась явлением ко мне Игнис в компании жизнючки мэтрессы Фроссен. Пропуска у Метелицы не было, но никто не посмел остановить Воздушного мага!
Я завел обеих к себе в кабинет, усадил Игнис на стул для пациентов и пригласил белобалахонницу возложить на нее руки вместе со мной, что та и проделала.
— Ну, Игнис, ты даешь! — воскликнул я против воли. — Это почти как после вашей первой ночи в Рамсфьеле!
— Я постаралась, — усмехнулась Воздушница без тени смущения. — Специально, чтобы тебе было, что лечить!
Я вздохнул. Как она с такими сексуальными аппетитами шесть лет жила без мужика на фронтире?.. А у нее точно никого не было, она как-то упоминала об этом: мол, нельзя было репутацией жертвовать. Или в том-то и дело — сейчас за те шесть лет отрывается?
Или мой наставник действительно такой весь из себя несравненный любовник, что остановиться невозможно?
Впрочем, ладно, не мое дело. Хотя любопытно, конечно, но чисто по-обывательски. Может, как-нибудь к слову придется и получится спросить, чтобы она не обиделась.
— Ладно, — сказал я вслух. — Уважаемая коллега, смотрите. Начинаю с пещеристой ткани в груди… ясно, о чем я говорю? Ага, чувствуете. Тут дискомфорт связан со, скажем так, слишком активным использованием, а не временем цикла или наступившей беременностью, стандартного воздействия Жизни хватит. Затем вымываю молочную кислоту в мышцах рук и ног, улучшаю работу мелких сосудов, пронизывающих мышечную ткань, и усиливаю кровоток — это ясно. Теперь фасции, где поясница, — кто-то переусердствовал с позой наездницы, но этого я вслух говорить не буду. Впрочем, магессе Жизни и так все ясно. — А теперь то, что как я понимаю, вызывает у мэтрессы Бьер главный дискомфорт. Видите, половые органы довольно сильно воспалены после перенапряжения… — на самом деле я уже осторожно советовал Элсину какую-нибудь смазку использовать, но тот развел руками и сказал, что предлагал неоднократно, и даже пробовал тишком наносить, но Игнис заявила, что «ощущения не те». — Однако если стимулировать всю эту зону, то вы заодно стимулируете железы внутренней и внешней секреции, что приводит не только к образованию слизи, но и избыточному отеканию. А если вы еще задеваете тонкую живую пленку, которая образуется в женском влагалище в норме… знаете же о ней? Не знаете? Прислушайтесь повнимательнее, она там есть. В общем, ее лучше вообще не трогать, потому что можно простимулировать неправильно, и в рост пойдет то, что в норме задавливается положительными компонентами… — блин, тяжко объяснять, ни разу не употребив слово «бактерия» или «микрофлора»! — Это приводит к неприятным ощущениям и росту выделений, придется тряпицу подкладывать. Что для боевого мага совсем уж лишнее!
Белобалахонница кивала, как болванчик на все мои слова, а потом воскликнула:
— Но… я не могу это повторить! Я чувствую, что вы делаете что-то… но не могу толком разобрать! Как вы вообще можете так воздействовать⁈ Один слой подбадриваете Жизнью, другой нет?