Олла эту усмешку ненавидела, она очень не шла госпоже. Но одновременно и радовалась, что у Теи в последние годы появилось хоть немного здравого смысла и понимания жизни.
— А вот представьте себе, нет! — весело сообщила ей Олла. — Еще и сами в лужу сели! Он не только на все вопросы ответил, но и у одного самого старого хмыря неверную формулировку нашел, говорят, даже младшие курсы в аудитории смеялись! Бедняга некромант если бы мог покраснеть — небось, от стыда бы сгорел!
Госпожа хмыкнула.
— Ну да… похоже, этот Бьер действительно на славу выучил нашего. Надо же. Некроманты все-таки совсем бесчувственные! Наш-то спит с его женой — а он его еще и учит! Или, я слышала, некоторым такое нравится?
— Не думаю, что они спят, — мягко сказала Олла. — Вы попробуйте это творожное печенье, оно так и тает во рту! Тоже рецепт повара госпожи Фроссен.
— Да? — Тея аккуратно отщипнула пальцами кусочек мягкого печенья. — Почему же? Ты же сама мне докладывала — Воздушница к Шелки чуть не каждый день стала бегать, когда немного освоилась?
— Ну да, но она совсем ненадолго остается, когда на четверть часа, когда меньше… И дверь они не запирают в кабинет. Я не подслушивала и никому подслушивать не велела, но, судя по всему, просто разговаривают. И еще она у него подлечивается.
— Вот как? — госпожа заинтересовалась. — Она тоже чем-то больна?
— По женской части подлечивается, госпожа. Лекарка госпожи Фроссен по всему острову уже растрепала, что мэтресса Бьер так ненасытна, что даже немертвого некроманта способна утомить, и сама себя не жалеет! Подправит все, что не жалела, — и опять готова в бой.
— Как это возможно? — растерянно спросила Тея. — Я же… мне казалось, женщина ничего в постели делать не должна, только позволять мужчине?.. Как можно — утомить?.. Тем более, немертвые, вроде бы, не способны устать?
— Ну, это уж я за что купила, за то и продаю, — открестилась Олла. — Но насчет нашего лекаря и мэтрессы Бьер я почти уверена, что там совсем другие отношения. Может, они брат с сестрой? Не похожи, но ведь всякое бывает.
— Да нет, что ты. Сказали бы тогда.
— Они вообще мало о себе рассказывают. Потом, у Эрика такое чувство юмора… Ему, по-моему, даже нравится слухи коллекционировать.
— Уже «Эрик»? — усмехнулась Тея.
— И для вас был бы «Эрик», если бы вы с ним поласковее были… Что же, вы думаете, он первый с Водницей на «ты» перейдет? Ни один нормальный человек так не рискнет! Так что хотите с ним подружиться, будьте первая полюбезнее.
Госпожа поморщилась, вздохнула.
— А смысл?..
— Ну, хотя бы в том смысл, что он, вообще-то, эти свои немертвые легкие для дыхания под водой в следующее воскресенье на некромантском пирсе будет испытывать, — весело сказала Олла. — Вот и узнали бы у него из первых уст, как все прошло. Лучше же, чем в моем пересказе слушать!
— Я люблю, когда ты мне рассказываешь, — мягко сказала госпожа, почти с теми же интонациями, как раньше, до всего. Потом нахмурилась и произнесла с неожиданной решимостью: — На некромантском пирсе, говоришь? Это не так далеко. Я хочу посмотреть.
— А сможете? Все-таки в портшезе почти полчаса ехать…
— Смогу. Организуй носильщиков.
— Ну… если вы уверены… — протянула Олла.
— Уверена! — вспылила Тея. — Я еще пока не умерла! В первый раз за много лет тут нечто новенькое — и что, я все должна, действительно, из вторых рук узнавать? Так что вели приготовить кресло и людей — это приказ!
— Как скажете, госпожа, — Олла чуть поклонилась.
— Ох, ну вот только поклонов от тебя мне не хватало… — расстроилась Тея, откинувшись на спинку дивана.
Олла хихикнула.
— А вы не говорите «это приказ!» таким тоном — и не буду кланяться.
— Ну ладно, ладно… Все, можешь идти, я знаю, что у тебя много дел, — Тея вздохнула. — Причем дел, которые в основном следовало бы делать мне… Позови служанку, пусть книжку принесет.
— Как скажете, — ласково сказала Олла, поправила подушку под спиной госпожи и вышла.
За дверью она торжествующе улыбнулась. Получилось! Госпожа заинтересовалась — и даже решилась выбраться из крепости по собственной воле!
Все-таки Эрика Шелки послали им добрые боги! Если и не вылечит госпожу — а Олла уже начинала понемногу… даже не надеяться, а допускать возможность надежды… — то уж, по крайней мере, хоть немного вытащит ее из этого черного отчаяния, куда она сама себя загнала.
Глава 11