— Напугал, дурак! Пойду поищу котика.
— Какого котика?
— А тебя разве не он разбудил?
— Меня ты разбудила. Шаришься тут, — он зевнул. — Погоди, я сейчас.
Ни днем, ни ночью покоя нет! Здесь его никто за мной присматривать не просил! Вот и котенка напугал. Я фыркнула и пошла туда, откуда слышала мяуканье последний раз. Оно раздалось снова, тише и как будто дальше. Куда же ты, глупый. Дарко догнал меня, застегиваясь на ходу.
— Тихо, ты его пугаешь! Кис-кис-кис, — в ответ мяуканье. Жалобное. И отдалившееся. — Слышишь?
— Ничего я не слышу, — он покосился недоверчиво. — Тебе спросонья померещилось.
Мяуканье. Я поспешила за ним. Мы отошли от дома и углубились в сад.
— Иванка, я ведь так и не слышу ничего, — сказал Дарко серьезно. — И окно в твоей комнате… оно было открыто?
— Нет, — ответила я растерянно. А и правда. Как я могла различить слабое мяуканье сквозь закрытое окно?
— Мяу!
— Пойдем в дом. Нам нельзя далеко уходить одним. Здесь рядом Лихолесье. Ты же помнишь, что Златан рассказывал.
— Тихо ты, — я прислушалась. Впереди явно кто-то был. Или что-то. Но вот что… — Пойдем-ка.
— Но…
Я резко обернулась.
— Струсил? Тогда иди в дом. Сама разберусь.
— Ладно, пошли. Только недалеко и ненадолго.
Ох, и как мне раньше жилось без твоих указаний? Стараясь его не замечать, я быстрым шагом двинулась за «котенком». Он явно манил нас за собой. Точнее, меня. Невосприимчивый к магии Дарко упорно ничего не слышал. Магия? Нечисть использует магию? В том, что это была нечисть, сомнений не было. Странно. Златан не говорил, что чертовщина творится так близко от его дома. Из его рассказов выходило, будто все происходило на болотах, в лесу и на окраине деревни. Хотя усадьба тоже была на окраине. Лес начинался сразу за лугом, к которому примыкал сад.
— Миа-а-а-у, — раздалось там, на лугу, из тумана. И теперь голос звучал так, словно кто-то изображал кошачье мяуканье. Больше не стараясь, чтобы было похоже. Глумясь.
— Я тоже слышу, — прошептал Дарко. — Ты последнего ума лишилась, да? Никакой это не котик.
— Да знаю я. Мы сюда затем и приехали, чтобы узнать, что это. Так что затихни и не мешай.
Погрузившись в густой, словно молоко, туман, я побрела на голос. Он звал снова и снова, пока не привел к самой опушке. Мяуканье повторилось, переходя в хихиканье. Ехидное. Жуткое. Дарко схватил меня за локоть.
— Стой, бестолковая. Я даже нож с собой не взял.
— Спокойно, — произнесла я громко. — Я твой нож. Эй, ты там! Киса! Выходи!
— Выходи, — повторил женский голос. Слабый и печальный. Между темных от влаги стволов и веток мелькнула фигура в белом. Я бросилась туда. Фигура удалялась, но не быстро.
— Иванка! — воскликнул Дарко, упуская мой рукав.
— Иванка… — грустно пропела фигура, возникая неподалеку. Я обернулась и смогла, наконец, ее рассмотреть. И обмерла. Спиной ко мне, плохо различимая в предрассветном тумане, стояла темноволосая женщина в светлом платье. Женщина из моих снов. — Иванка…
Легко, словно не касаясь земли, она поплыла прочь. Я рванулась следом.
— Стой! — Дарко схватил меня. Я дернулась изо всех сил, но он удержал.
— Пусти, придурок! Пусти! — она уходит. Она снова уйдет, и я так и не увижу ее лица. Я отбивалась, нанося вслепую удары, но Дарко прижал меня к себе, держал крепко.
«Йована, что происходит? — голос Сокола в голове. Оставьте меня, вы, все! Оставьте меня в покое! — Где вы?»
— Не подходи к этой дряни, ненормальная! Ты что, не видишь, кто это?
«Йована, слышишь меня? Посмотри внимательно. Это существо не то, чем кажется. Это морок, иллюзия. Не поддавайся ей, как бы ни хотелось. Посмотри сквозь нее».
Нет. Не хочу. Женщина в белом медленно уплывала все дальше. Я дергалась, но Дарко не отпускал. А потом одной рукой закрыл мне глаза.
— Не знаю, что ты там видишь, но нам пора уходить.
— Оставь меня, дурак! — я резко ударила локтем, так, что он охнул и ослабил хватку, отвела его ладонь и на мгновение увидела, как женщина словно задрожала, расплылась, вместо ее прически мелькнула морда, темная, страшная, с оскалом от уха до уха…
«Молодец. А теперь медленно отходите. Она сейчас на вас бросится, отпугивай огнем. Убить все равно не сможешь. Ее убивает только железо. Я иду к вам, держись».
— Иванка, — оно снова выглядело женщиной. Которая надвигалась на нас спиной вперед. Гораздо быстрее, чем уходила. — Иванка?
— Отпусти меня и отойди. Я задержу ее, — Дарко медлил. — Она сейчас бросится. Ну же!
Нет, она надвигалась все же вперед лицом. Мордой. Безгубая пасть щерилась, будто улыбаясь, два тесных ряда треугольных зубов поблескивали, мокрые от слюны. Тело твари было обращено в другую сторону, будто кто-то свернул ей голову. Так она и шла, вперед локтями, назад коленями. А потом резко дернулась, выгнулась так, что руки дотянулись до земли, и бросилась.
Я шагнула навстречу, оттесняя Дарко, и швырнула в нечисть сгусток огня. Она завизжала, отшатнулась. Платье на груди занялось. Я метнула еще один сгусток. Тварь взвыла, крутясь на месте, пытаясь сбить огонь.
— Бежим, Иванка!
— Ну уж нет. Я намерена продержать это существо до прихода Сокола.
— Да он может неизвестно когда прийти, безумная! — я бросила в его сторону быстрый взгляд.
— Он всегда приходит вовремя.
Нечисть упала на землю и принялась кататься, гася пламя. Отпугивать ее я больше не собиралась и попыталась ухватить силовым полем. Она оказалась сильной, я держала, но было тяжело. Черт. Если Сокол промедлит, тварь уйдет.
— Почему ты меня вечно не слушаешь, Йована, — он не промедлил. Я почувствовала, как сила, гораздо большая, чем моя, принимает контроль. Соколу словно вовсе не стоило труда удерживать вопящую тварь. — Зачем ты ее ловила?
— Хотела вам показать. Разве мы не за тем приехали, чтобы выяснить, что тут за нечисть водится?
— А ты не знаешь, что это? — он подошел к твари, достал кинжал и спокойно, не обращая внимания на вой и клацанье зубов в попытке укусить, вонзил клинок ей промеж глаз. Меня передернуло. Нечисть задрожала, захныкала, а потом рассыпалась на какие-то ошметки и темную слизь.
— Не знаю, — ответила я, отводя глаза.
— Ты же должна была изучать бестиарии. Неужели не читала? — Сокол подошел, вытирая кинжал о штанину.
— Читала.
— Угу. Картинки смотрела, — Дарко решил напомнить, что он придурок. Спасибо, но я ни на минуту не забывала об этом.
— Можно подумать, ты хоть одну книгу в руках держал.
— Я-то не только держал, но и читал.
— Пф! И кто же это тогда? — спросила я, указывая на кучу ила, что раньше была нечистью. Дарко пожал плечами.
— Кикимора.
— Ты прав, — Сокол покосился на него задумчиво. — Кикимора. Лесное чудище, принимающее женское обличье и заманивающее детей. Странно, что она пришла за тобой, Йована. Обычно на взрослых они нападать боятся.
— Видимо из-за того, что Иванка у нас и не взрослая вовсе, — я ткнула его кулаком в бок. Сокол спрятал улыбку, но я заметила.
— Возможно. Из тех, кто оказался поблизости, она самая юная. А из деревни кикимору отпугнули. Но все же необычно она себя вела. Слишком неосторожно, — Сокол повернулся и направился к дому. — Думаю, мы выясним, что вызвало такую активность нечисти. Только прошу вас, больше ничего без моего ведома не предпринимайте. Увидите что-то странное — зовите меня. Договорились?
— Да, — ответил Дарко.
— Йована?
— Ладно, — пробурчала я. Ну что он опять, ведь ничего же не случилось!
Я вспомнила, как почти приблизилась к кикиморе, обманутая иллюзией. Вот зараза! Кажется, Дарко прав: я бестолочь. Получается, он меня спас? Наверное, стоит сказать спасибо. Я посмотрела на него украдкой. Он шагал рядом, сунув руки в карманы. Прядь отросших волос выбилась, свесилась вдоль щеки. Повезло ему с волосами — такие черные, гладкие. Не то что моя рыжая копна сена. В памяти всплыло, как он назвал мои волосы вороньим гнездом. Благодарить резко расхотелось. Вот еще. И без него бы справилась.