Скрип половиц… Достаточно спокойные шаги. И еще собачье нетерпеливое топанье.
— Сейчас, сейчас, — веселый и заботливый голос.
Елена, спустившись со второго этажа, прошла на кухню, стараясь не обращать внимание на того, кто лежал все это время в гостиной… Прогонять его было бессмысленно — это же гордый, наглый наследник Драгоцких — именно это она слышала на пирах в клане Серебряной кобры. Деймон, никогда ранее не слышавший такой ее голос, с интересом приподнялся и посмотрел на девушку.
«Чем-то она изменилась… Вот только чем?»
Он разглядывал ее, такую нежную и грациозную, в платье бежевого цвета. Девушка походила на фею или ангела, и невозможно было представить, что она легко обращается с оружием.
«Платье? Елена в платье?»
Он даже поднялся с узкой кровати, внимательнее разглядывая девушку. Встал и бесшумно подошел к ней сзади, грозно посмотрев на собаку, которая собралась было залаять, но тут же снова уткнулась в миску с едой. Деймон положил ладонь девушке на живот и провел по нему, отмечая про себя, что он у нее весьма округлился.
— Решила стать матерью-одиночкой? — рассерженным голосом спросил он прямо над ее ухом.
— Да, — прозвучал твердый ответ.
Вместе с тем, девушка взяла его ладонь и оттолкнула от себя. По правде говоря, уже за секунду до этого его действия она знала, что он рядом, она поняла все по глазам Мика.
— Нет, глупая женщина, так не пойдет.
— Меня больше не волнует твое решение или ответ, — Елена уже была более менее успокоившейся, — И прекрати запугивать собаку, — девушка говорила это спокойным тоном.
После, она просто стала мыть посуду, не говоря ни слова «папочке».
— Не волнует? Можно подумать раньше было по-другому, — хмыкнул Деймон.
Он вновь слегка дотронулся до ее живота, словно не веря, что это правда, но девушка снова оттолкнула его.
«Беременна… И это мой будущий ребенок… Мой… Деймон — папа… Ё*!!! Я — папа?!»
Когда до него дошла самая суть дела, Деймон перестал сам на себя не походить. Маска насмешки и отрешенности треснула, и прорвались довольно красочные эмоции. Шок, смешанный с радостью. Некий страх перед тем, какую ответственность теперь ему надо будет нести и, при всем при этом, от нее не отвертишься. Задумавшись, он не заметил, что уже несколько минут стоял с широко раскрытыми глазами и приоткрытым в изумлении ртом. Но вот некая непрошенная мысль в стиле «Драгоцкий» заставила его немного прийти в себя.
— Надеюсь, это не очередная твоя шутка? — спросил он, подходя к девушке вплотную сзади и, пальцем оттянув декольте ее платья, в наглую заглянул через ее плечо куда не следует.
— Идиот… — только и услышал он в ответ.
Одно это ее ругательство и толчок локтем в бок было напоминанием о разочаровании и отчаянии. И еще не верой. В него.
— Ладно, ладно. Все понятно. Завтра я забираю тебя с собой обратно в замок. Так что, готовься, — Деймон поцеловал Елену в макушку и направился обратно к своей кровати.
— Мне кажется, что я сказала, что с тобой никуда не пойду. Я не хочу возвращаться в тюрьму. Если тебе так приспичило быть со мной, то и оставайся, — девушка сначала не поняла сама, что сказала, но главным был отказ.
Деймон рассмеялся над ее словами и, улегшись на кровать, посмотрел на Елену. В сумраке его глаза красиво мерцали черным цветом. И они не выражали ни надменности, ни властности, как при первой встрече дампира и вампира. Его глаза излучали какую-то осторожную заботу, словно Деймон сам боялся обжечься о свою же доброту, которую никогда никому не проявлял после смерти матери.
— Жаль, что я не в том положении, чтобы врезать тебе, — яростно прошипела девушка, — Ты… ты…ты… Невозможный, нахальный, невыносимый паразит!!!
— Очень смешно это слышать от маленькой девчонки, которая решила сбежать. Вот скажи, ты можешь мне объяснить, что бы ты делала, если бы вместо меня здесь появились люди моего отца? Сражалась бы? Ты вообще понимаешь, в каком ты теперь положении?
Деймон сам не понимал, почему он сердится. Но тем не менее, где-то глубоко в душе, признавал, что беспокоится за нее.
— Они сюда не доберутся — это раз. А во вторых, у тебя будут проблемы, если ты посмеешь что-то рассказать. Я надеюсь, ты не так низко пал, — тут Елена отложила последнюю вымытую кружку и, вытирая руки, задала вопрос, так долго мучавший ее, — Как ты вообще сюда смог попасть?!
— Меня привели.
Деймону вдруг стало весело. Не говорить же ей, что его привел какой-то дух?
— Интересно знать кто?! И ответь мне на еще один вопрос: зачем мне идти с тобой?
— Это допрос? А сама не можешь догадаться? — с усмешкой спросил он.