Два часа примеряла у зеркала платья, думая о встрече с ним. Выбрала то, в котором себе нравилась. Оно было празднично - бордового цвета, для работы не подходило, но я махнула рукой. Красиво уложила волосы, подкрасила губы и ресницы и взглянула на себя. В зеркале была не Софья, а кто-то чужой из будущего, переживший что-то, что нужно было запомнить, впитать в себя и жить дальше. Я села писать письма - Матвею и Андрею. Они оба меня не знали, но это неважно. Зато я знала, что они здесь.
Я стояла перед массивной красной дверью с дубовой ручкой и была абсолютно счастлива. Он жив, это главное. Человек, который стал мне таким дорогим.
- Я позвал тебя, чтобы … - начал дементор.
Он был холоден, как лед, выговаривая мне свои намерения безразличным голосом. Дорогой костюм сидел как влитой на идеальном человеке с идеальной внешностью.
-Матвей Борисович, - перебила я его твердым голосом. - Принесла заявление на увольнение, - протянула ему лист и взглянула в глаза, в которых хотела бы тонуть всю жизнь. - Понимаю, что натворила, не выслав вовремя документы на участие в тендере. Ошибка непростительная. Нельзя работать в вашей компании и ошибаться, даже в мелочах. Особенно в них. Прошу вас подписать его, могу не отрабатывать две недели, думаю, вы быстро найдете достойную замену.
Как мне хотелось обнять его на прощание. Так сильно, чтобы сердце застучало и разорвалось на куски. Усилием воли сдержала себя, разглядывая каждый сантиметр его сексуального тела и умного волевого лица. Я прощалась навсегда.
-Рад, что ты осознаешь, что натворила, - улыбнулся Матвей, взяв листок. Пальцы наши встретились. Сотни электрических мурашек расползлись по всем уголкам моей души. - При увольнении компания выплатит месячную зарплату и компенсацию за отпуск, который ты не отгуляла. Я в курсе про твой кредит. Приказ можно будет подписать у секретаря в конце рабочего дня.
Он отвернулся от меня. Увидев его спину, я поняла, что умерла в это момент. Навсегда.
-А это письмо вам, - неживым голосом сказала я. - Здесь рабочие моменты, которые сочла уместным зафиксировать письменно и передать лично в руки.
Матвей растерянно посмотрел на пухлый конверт, который я положила ему на стол, но ничего не сказал.
Словно неживой робот, промаршировала я к двери, отправляясь собирать вещи и прощаться с коллегами. Я по ним соскучилась, купила огромный торт и угостила всех, соврав, что уже нашла отличную работу, поэтому увольнения не боюсь.
Потом поднялась к Анатолию Степановичу, попросила у него рабочий адрес Андрея, сославшись на личные мотивы. Он немного удивился, но нацарапал его на бумажке.
Детектива на месте не было. В томительном ожидании пару часов мне пришлось просидеть в обществе его секретарши. Он открыл дверь и вошел так внезапно, что я растерялась и забыла поздороваться. Бросил на меня поверхностный взгляд и кивнул ей:
-Кофе, через пять минут приму, - сказал он на ходу, открывая дверь своего кабинета.
-Андрей, - дрожащим голосом окликнула его я, лихорадочно перебирая ручки своей сумки. - Я к тебе.
-Привет, - он был все тем же карликом с нежными глазами, но в них не было тепла и обожания, и не было света любви. - Мы знакомы? Договаривались о встрече?
-Нет, не договаривались, - волнуясь, выдавила я. - Но ты просил найти и напомнить тебе кое - что. Мне сейчас тяжело, поэтому написала письмо, - я протянула ему сверток. - Если ты поймешь что-то, я оставила свой телефон. Позвони.
-Не совсем понимаю, о чем идет речь, - медленно начал Андрей, пытливо всматриваясь в меня. - Я бы тебя запомнил, - он улыбнулся так же тепло, как и тогда в прошлом, - посмотрю, что тут, сейчас занят.