Тереза записала что-то на салфетке.
– Я понимаю, к чему вы ведете. Но мы опять-таки упираемся в ту же проблему. У Уриэля был ключ. Он мог, если бы захотел, в любой момент выйти оттуда. И то, что он не вышел, говорит только об одном: Уриэль далеко не безвинен.
Фальконе положил перед ней пакетик с ключом.
– Что вы о нем думаете? Тереза в отчаянии вскинула руки.
– Это же ключ! А я патологоанатом. И в ключах не разбираюсь.
– Можете достать, – разрешил Фальконе.
– Ну вот, – вздохнул Перони. – Что я говорил…
Тем не менее Тереза достала ключ, повертела его в своих больших сильных пальцах, поднесла поближе и нахмурилась:
– С ним поработали. – Она бросила связку на стол и посмотрела на инспектора. – Повторяю, я не специалист, но даже мне ясно, что кто-то отпилил один зубец. И что, открывает?
– Смотря что открывать, – ответил Фальконе. – Я вставил его в замок. Подошел. Я повернул. Повернулся. И еще раз повернулся. И еще. И еще. Что называется, холостой ход. Не закрывает. И не открывает. Что и требовалось доказать.
– А ключи Беллы исчезли, – добавил Ник.
Все пятеро молча переваривали информацию. Подошедшая официантка спросила насчет десерта. Обрадованный Фальконе заказал тирамису. Остальные промолчали.
– Сделайте пять, – попросил инспектор, – Аппетит к ним еще вернется.
Девушка ушла в кухню, откуда донесся женский смех.
– Здесь отлично кормят, – бодро заметил Фальконе. – Жаль, вы не сказали мне раньше.
Перони метнул на него сердитый взгляд.
– А я уже жалею, что поделился с вами, Лео. Почему вы не оставили ключи в квестуре?
Фальконе изобразил удивление:
– Вам не кажется, Джанни, что квестура – последнее место, где можно обсуждать такого рода дела? Они ведь действуют в первую очередь в интересах Хьюго Мэсситера. Вы сами видели, как заискивает перед ним Рандаццо. Легко представить, как англичанин поведет себя на острове. Квестура пытается свалить дело на нас, чтобы мы представили обе смерти в удобном им виде. И все ради того, чтобы Мэсситера провозгласили спасителем Мурано, а чиновникам не пришлось отвечать на неудобные вопросы о состоянии их банковских счетов.
– И нам ничего не остается, как исполнить их пожелания, – проворчал Перони. – Начнем дурака валять – жизнь они нам попортить могут сильно. Рандаццо осел. А Мэсситер – птица важная. Не удивлюсь, если у него ниточки и в Квиринальский дворец тянутся.
– Самое уместное замечание за весь вечер. – К раздражению остальных, Фальконе снова безмятежно улыбнулся. На сей раз его улыбка адресовалась Нику. – Ты был прав. Имя действительно известное. Мэсситер владеет крупным аукционным домом. Офисы в Лондоне и Нью-Йорке. И скандал тоже имел место. Пять лет назад его, если бы нашли, арестовали бы на месте.
– Но теперь-то он чист? – спросил Ник.
– Как стеклышко, – заверил его Фальконе. – Иначе бы никогда сюда не вернулся, верно? А история весьма интересная. Вот… – Он открыл кейс, который предусмотрительно принес с собой, и достал две папки. – Здесь фотокопии того, что мне удалось обнаружить. Многое, боюсь, отсутствует. Досье на мистера Мэсситера за минувшие годы успело изрядно похудеть. – Он пожал плечами. – Кому нужен бумажный хлам? Зачем хранить информацию на невинного человека? Тем не менее я хочу, чтобы вы ознакомились с тем, что здесь есть, до нашего завтрашнего разговора с ночным сторожем. Прочитаете – поймете почему. Перони неприязненно посмотрел на папки.
– Нам отпустили неделю. Больше у нас нет. Потом все начнется сначала. Неприятности.
Фальконе принюхался к принесенной траппе, сделал маленький глоточек – на пробу, – одобрительно кивнул и поблагодарил официантку. Коста с любопытством наблюдал за инспектором, никогда прежде не замеченным в расположенности к спиртному.
– Недели должно хватить. Не думаю, что дело такое уж сложное. Оно просто… не столь очевидное, как могло показаться с первого взгляда. Им нужен такой результат, чтобы Арканджело остались чисты и могли продать остров Мэсситеру. А тот, взойдя на пьедестал, смог бы отблагодарить тех, кто помог ему туда забраться. Всех этих продажных чиновников. Город их, а не наш. Мне безразлично, чем все закончится. Что получим, то и представим. Разумеется, нужно прояснить вопрос с этим произвольным самовозгоранием. Подумать, как решить проблему с ключом. Пока полной ясности нет. И еще нам надо побольше разузнать о Белле Арканджело.