– Где твои вещи? – спросила Ольга снаружи.
Яра объяснила. Ольга взяла на себя бдительную тётку в регистратуре, и Яра скользнула в подсобку и оделась негнущимися пальцами. К счастью, тётка была другая, чем вчера, и Ярин пуховик не узнала. Ольга же так и вышла на мороз в чём была – как оказалось, её машина припаркована в двух метрах от крыльца.
– Где ты живёшь? – спросила она Яру, когда та забралась в салон.
– А можно сначала вещи взять? Мои и Тёмы? – попросила Яра.
Ольга привезла её в заброс и вышла следом, обхватив себя руками, посмотреть на Тёмино бывшее пристанище. Без граффити недострой выглядел довольно спокойно, но немного печально. Рюкзаки стояли, где Яра их оставила – видимо, за одну ночь местная шпана не разнюхала, что теперь в доме нет привидений.
– Отсюда-то мне до дома близко, – Яра не хотела напрягать чужого человека больше необходимого.
– А родителям ты что скажешь, где ты всю ночь была? – поинтересовалась Ольга.
Яра приуныла. Она так ничего осмысленного и не придумала, когда машина затормозила у её подъезда. Ольга зачем-то проводила её до дверей.
– Ярослава! – ахнула мама, застыв в проёме. – Всякий стыд потеряла!
Яра как раз наоборот, в данный момент испытывала огромный прилив стыда.
– Простите ради бога, – перебила её Ольга. – Моему сыну стало плохо, когда они гуляли. Яра с ним на «скорой» поехала и всю ночь просидела там в больнице со мной.
– Господи свят! – ахнула мама ещё раз. – А что ж трубку-то не брала?
– Какая в реанимации трубка, вы что? – снова вмешалась Ольга. – Вещи все в гардеробе оставили. Вы уж простите, я должна была подумать о том, чтобы вам сообщить, но, знаете, когда ребёнок в коме…
Мама схватилась за сердце.
– Ну с ним хоть всё хорошо?
– Очнулся, – коротко ответила Ольга. – Я обратно поеду, вы Яру не ругайте.
И, напоследок сжав Ярины плечи, убежала вниз по лестнице.
Следующий месяц Яра бродила, как во сне. Завтрак – школа – обед – уроки – ужин – кровать. И в выходные её тоже никуда не тянуло.
«Хватит с меня приключений», – думала она. – «Надо и за ум браться когда-то», – повторяла себе слова родителей. И читала учебники, не приходя в сознание.
Всё для того, чтобы не думать, как там Тёма. В больницу она, конечно, носа не показывала, и стоило послышаться в отдалении сирене «скорой», Яру бросало в дрожь, всё боялась, что её как-то вычислят и придут наказывать за позаимствованные халат и тапочки и проникновение в реанимацию.
Но даже если не учитывать страх перед больницей, приближаться к Тёме она больше не собиралась. Зачем? Свою задачу она выполнила: в тело его вернула. При этом он узнал все её самые сокровенные секреты, и сам предстал не в лучшем свете – теперь небось сторониться её будет, а ей оно не надо, навязываться. Пускай выздоравливает и идёт в свою частную школу, тут-то он кроме Яры ничего не забыл. Надо же, поговорить с мамой толком не мог, а сменить школу попросил. Но ведь это только ради энергии. Больше ему от Яры ничего не нужно было, и не будет.
И реветь кое-кто по этому поводу тоже не будет, потому что во-первых, услышат, во-вторых, увидят, в-третьих, не хватало ещё тетрадку слезами закапать, чтобы и в новом классе загнобили!
А через месяц Яра вышла из школы и увидела знакомую машину.
– Что-то случилось? – спросила она Ольгу, опёршуюся на капот. Хотя по виду Ольги всё было просто отлично – она сбросила лет пятнадцать, да и одета была аккуратно и неслучайно.
– Мы забрали Тёму домой, – сказала она. – Он очень просит тебя зайти в гости.
– Зачем? – нахмурилась Яра.
– Я так поняла, вы встречались? – подняла ухоженную бровь Ольга.
– Только для вида, – пожала плечом Яра, отчётливо, всей кожей ощущая, насколько у неё уродливый рюкзак, жидкие волосы и плохая осанка. Почему бы Ольге не оставить её в покое? Она наверняка хотела бы для своего сына более приглядной девушки.
– Ой ли? – усмехнулась Ольга. – Давай садись, я наготовила, как на день рожденья.
Яра вздохнула, но перечить не стала. Конечно, будет ужасно неловко, но, может, Тёма в бестелесном виде не так её видел или позабыл. Надо было закрыть последнюю страницу этой истории и разойтись каждый своим путём.
Домик Тёминой семьи приобрёл более жилой вид даже снаружи, дорожку от ворот расчистили, а растущая около крыльца сосенка была украшена гирляндами и мишурой. Ольга сразу ушла на кухню. Тёма ждал на диване в гостиной и выглядел болезненно, но довольно. Сейчас он был больше похож на себя-духа, чем тогда, в больнице. Яра подумала, что его биологические родители, наверное, были какими-нибудь арабами или цыганами, уж очень яркие у него были черты. При появлении Яры он с некоторым трудом поднялся на ноги, уцепившись за край стола.