– Ага, – авторитетно сказала Тедди, припоминая недавно изученную тему. По стихийным духам она сдавала зачёт, но тема была интересная, а препод адекватный, поэтому она хорошо подготовилась. – Ты, значит, общаешься телепатически. А чтобы ты общался словами, надо сделать…
Сев поудобнее, она с размахом исполнила заученный пасс и сдобрила его парой ключевых слов для уточнения.
– Так, – подытожила она, – ну-ка попробуем. Какой стихии ты дух?
– Земли, – бесцветным голосом ответил тот и, не дожидаясь её следующего вопроса, добавил: – Моё имя Кразг.
– Очень хорошо, – похвалила Тедди сама себя за успешно исполненный пасс. – И чего тебе, Кразг, от меня нужно?
– Не знаю, – прошелестел всё ещё неразличимый дух. – Меня вдруг очень сильно потянуло к тебе. Чуть пополам не порвало.
Тедди нахмурилась. С чего бы это духа потянуло к ней? Она не призывала духов с прошлой осени, когда пересдавала формулы призыва.
– А что держало тебя с другой стороны? – уточнила она. Ведь из астрального плана духи выдёргиваются легко, им там не за что уцепиться.
– Заклинание призыва, – ответил он. – Хозяин призвал меня несколько дней назад, чтобы убирать в лаборатории, потому что он не доверяет это людям.
– Хозяин… – задумчиво повторила Тедди, чувствуя нарастающее подозрение, что всё пропало. – Это профессор?
– Возможно, – предположил дух.
– Так, – снова сказала Тедди, напрягаясь. – Скажи, ты сегодня у него в кабинете пил глинтвейн?
– Не знаю, был это глинтвейн или нет, – мучительно медленно ответил дух, – но что-то горячее я пил. Хозяин сам мне поднёс за хорошую работу, потому что я люблю горячее и сладкое.
Тедди с размаху хлопнула себя ладонью по лицу.
– Рогатые демоны-ы-ы-ы-ы, – завыла она. – Чтоб мне пусто было-о-о-о… Ну как же я тебя там не заметила! Профессор тебя примаскировал, что ли? И конечно, свою чашку он высушил заклинанием. А вторая, значит, была твоя. А что ж ты так мало выпил?
– Он был почти несладкий, – посетовал дух. – Скорее острый, и запах неприятный. Мне не понравилось. Но хозяин рассердился, сказал что-то про зубы какой-то лошади и больше ничего не дал. Ты расстроилась?
Тедди не просто расстроилась, она практически растеклась лужицей самобичевания и тоски по несостоявшемуся светлому будущему. И что же теперь делать? Продолжать работать тут в ожидании новой возможности? Но если профессор осушил чашку, значит, скорее всего, он так делает всегда и никакой другой возможности не будет. И потом, он же может заметить, что призванного им духа кто-то увёл. Кстати, а с этим-то что делать?
– Ты говоришь, тебя потянуло сюда? – уточнила она, проигнорировав его вопрос. – А сейчас тебя к чему тянет?
– Ни к чему, – спокойно сказал он. – Можно узнать, зачем я тебе нужен?
– Низачем, – в тон ему вздохнула она. – Я не собиралась тебя призывать, просто перепутала чашки… Ты можешь идти обратно.
– Куда обратно? – не понял дух.
– Ну, к профессору.
– Мне незачем к нему идти, его заклинание лопнуло и отпустило меня, – объяснил дух.
Тедди поёжилась. Это профессор точно заметит, а восстановить чужое заклинание призыва нельзя.
– Ну тогда иди обратно на астральный план, – пожала плечами она. Может, профессор решит, что дух сам как-то сбежал…
– Не могу, пока ты меня не отпустишь, – сообщил дух укоризненно, как будто думал, что она издевается, но не осмеливался её осадить.
– А я тебя держу? – нахмурилась Тедди.
– Ну да, – края плаща немного колыхнулись, как будто дух развёл руками.
В коридоре заслышался какой-то шорох, и Тедди проворно вылезла из постели и, приподняв дверь за нижнюю перекладину, закрыла её почти бесшумно. Скорее всего это Азалия пошла в кладовке шарить, за ней водится объедаться по ночам, но Тедди не хотелось привлекать внимание к своему посетителю.
С закрытой дверью стало темно, и Тедди, щёлкнув пальцами, зажгла парящие светильники. Теперь дух наконец-то оказался к свету лицом, и она смогла это самое лицо разглядеть.
Ничего такое было лицо, приятное, хоть и землистого цвета, ну так дух земли всё-таки. Тедди помнила из лекций, что у духов нет собственной внешности, но они являются в этот мир по призыву настолько человекообразными, насколько силён призывающий. Самые сильные маги могут даже задавать некоторые параметры их внешности, но нечеловеческая природа всё равно проявится не в том, так в другом. Вот у этого были бараньи рога и ослиные уши, зато руки человеческие – ясное дело, раз профессору нужно было, чтобы он руками работал!
– Понимаешь, Кразг, – начала Тедди, проталкиваясь мимо него к выступу печи, где стоял бак с горячей водой, – я тебя не призывала. Я использовала приворотный заговор.