– Чё, даже аутиста от тебя затошнило? – хмыкнул один.
Яра сделала вид, что не слышит, хотя очень хотела покачать головой – это же надо так всё вывернуть!
– Смотри, она от него аутизмом заразилась!
– А если подтолкнуть? Может, её ещё можно спасти?
С гоготом и криками «мы её теряем!» Яру начали щипать и тормошить, так что парты заходили ходуном. Ей пришлось отбиваться пеналом, но бить серьёзно, как Тёма, она боялась – как бы за такое ещё больше не получить потом.
– Ярослава, что ты себе позволяешь?! – рыкнула учительница, входя в класс.
Яра едва не расплакалась. Почему-то про Тёму все понимали, что он – жертва, а как её лупят, так это её вина? Почему? Потому что она уродка?! Или потому что не аутист?!
– Да учите вы сами свою математику в таких условиях! – выпалила Яра, подхватила рюкзак и вырвалась из класса. Вслед ей неслись вопли, чтобы вернулась и извинилась, но с неё было достаточно.
Пройдя пару кругов вокруг школы, она остыла достаточно, чтобы обдумать своё положение. Раз Тёма теперь в другом классе, она опять стала целью номер один, и это ещё Пашок не вышел, а что будет, когда выйдет… Ещё эта тупая училка наверняка раздует скандал и будет выносить мозг до скончания веков. Родителям нажалуется… Опять будет лекция про давание сдачи и про то, что надо со всеми дружить. Тёма вон ни с кем не дружит, и ничего, его, значит, в другой класс, а Яре головомойка…
Впрочем, завидовать Тёме у неё не получалось, про него было понятно, что что-то глобально не так, и с Яриными проблемами это было не сравнить.
Тем временем уроки кончились и народ повалил из дверей. Яра затаилась у ворот, не очень понимая, чего ждёт. Училка уходила гораздо позже, нарываться на Пашковых друганов было опасно, а все остальные были просто серым фоном Яриной жизни. Ну, разве что Тёма ещё, сообразила она, когда увидела его нескладную фигуру на крыльце. Она так ничего и не придумала, пока он шёл к воротам, но выйдя, он сразу её заметил.
– Привет, – сказала она и сглотнула. «Чего я опять так нервничаю, он же даже не одноклассник мне больше?»
– Ты что, меня ждёшь? – изумился он. Во всяком случае, Яре послышалось, что в его голосе было немножко больше чувства, чем обычно. «Ха, обычно! Обычно он просто молчит!»
– Ну… да, – внезапно для себя самой призналась она. – Я… В общем, я знаю одно прикольное место… Но мне туда стремновато одной ходить. Ты не… м-м-м… м?
Тёма кивнул и развернулся к ней всем телом, как будто показывая, что готов пойти. Яра прикусила губу и двинулась в сторону заброса.
На полдороге они проходили скопище ларьков, где Яра обычно покупала свои булки.
– Мы можем там поесть, если возьмём что-нибудь с собой, – предложила она, роясь в кармане в поисках мелочи.
Тёма снова кивнул и направился к киоску с хот-догами. На такую роскошь у Яры не было, но она не успела найти слов, чтобы это объяснить и не умереть со стыда: Тёма что-то буркнул в окошко и достал из аккуратного бумажника крупную купюру. Вскоре они получили два комбо-обеда, завёрнутых в фольгу и аккуратно расставленных в бумажном пакете. Тёма убрал пакет к себе в рюкзак и пошёл дальше, как будто знал, куда идти.
Наконец они оказались у дыры в заборе заброшенной стройки.
– Тут надо пролезть, – пояснила Яра. – Осторожно только, джинсы не порви.
Тёма немного помешкал, и Яре снова стало стыдно, потому что наверняка для нормальных людей это место было совсем не таким интересным и привлекательным, как для неё, и вообще непонятно, зачем она его сюда пригласила – что он тут будет делать? Она просто эгоистично хотела провести время здесь, не опасаясь, что её найдёт тот, кто стёр силуэты, или, может, просто эгоистично хотела провести время с Тёмой, но не придумала лучше повода.
Тёма меж тем шагнул внутрь и поднял голову, окидывая взглядом голые стены недостройки. Сумерки уже сгустились, но рядом с забором стоял фонарь, и Яра впервые смогла как следует рассмотреть Тёмино лицо – до этого он всегда пригибал голову, завешивал лицо отросшими волосами и отворачивался.
Лицо было как лицо, довольно обычное, непротивное, немного даже какое-то сентиментальное, как говорила про таких Ярина бабушка. Большие тёмные глаза, большие губы. Яра подумала, что дальше рассматривать неприлично и повернулась, чтобы пойти к дому. Тёма потихоньку двинулся за ней.
Она привела его на третий этаж, в свою любимую комнату. Зачем – не понимала в упор. Это ведь было только её место, о котором никто не должен был знать!