– Скажи, что тебя связывает с генералом? – перебиваю я, резко меняя тему. Ослабевший голос совести торопит меня закрыть последний долг перед тем, как заглохнуть окончательно.
– Ненависть к Кроносу. Что же еще? – без заминки отвечает мама, не прекращая плавно поглаживать мои волосы.
– Ты можешь на него повлиять, если я попрошу?
– Проси, – быстро соглашается она.
– Эйнар Гунн, – я называю только имя, но этого оказывается достаточно.
– Он в критическом состоянии, Диана. Запуганные твоим мужем врачи делают всё возможное, чтобы вытащить парня с того света, но любому везению рано или поздно приходит конец… Боюсь, в этом вопросе генерал тоже бессилен.
– Ты не поняла… – Тяжело сглотнув, я кусаю щеку изнутри. Во рту растекается металлический привкус… такой и должен быть у слов, которые мне предстоит сказать вслух. – Дэрил хочет, чтобы Эй выжил только для того, чтобы потом подвергнуть мучительной смерти… на моих глазах.
– Я знаю, – спокойным тоном отзывается Мария, повергнув меня в недоумение. – Гунн предал его, Диана, и сделает это снова. Дэрил совершил ошибку, приставив парня к тебе, но это не снимает с Эйнара ответственность. Парень даже не думал о возможных рисках, переходя на сторону совета. Ему пообещали тебя, а ты – это всё, что было нужно этому мальчику.
Она говорит об Эйнаре в прошедшем времени, словно он уже мертв. Это неправильно и режет по живому, но я знаю – на этот раз чудесного спасения не будет.
– Он еще жив… – упрямо бормочу я и внезапно вспоминаю то, что упустила ранее. – Подожди… Эйнар говорил мне, что совет уничтожен, но при этом всё равно обещал, что мы с ним обретем свободу.
– Дьявол умеет искушать, – тягучим голосом отзывается Мария. – Предавший один раз, будет делать это снова и снова. Эйнар переметнулся на сторону генерала, говорящего от имени Кроноса. Откуда ему было знать, что Одинцов говорит моими устами? Разве я могла отдать тебя этому глупому мальчишке? Но он так хотел в это поверить. Так хотел… Дэрил в своем праве, милая. Не сомневайся, он сделает то, что задумал. Будешь упорствовать – только навредишь парню. И себе тоже, – она чуть смягчает категоричный тон. – Милая, твоей вины в этом нет. У Эйнара не было шанса не влюбиться. Ты…
– У него не должно быть шанса выжить, – перебиваю я, прижимая пальцы к задрожавшим губам.
Вот и всё.
Я это сказала.
Вынесла смертный приговор тому, кто совсем недавно признавался мне в любви. Тому, кто без колебаний в минуту опасности накрыл меня своим телом и принял удар на себя.
Я дышу благодаря его быстрой реакции. Это я могла сейчас находиться на больничной койке в критическом состоянии. Он спас мне жизнь, а в ответ я дарю ему легкую смерть.
Это милосердие? Или жестокость?
– Дэрил поймет, если я вмешаюсь, – обдумав мою просьбу, уклончиво отвечает Мария. – И обрушит свой гнев на меня.
– Сделай так, чтобы он не узнал. – Вскинув голову, я настойчиво смотрю в пепельно‑серые глаза. – Ты сама сказала, что жизнь Эйнара висит на волоске. Его нужно оборвать. Сегодня. Аккуратно и безболезненно.
Глава 17
Дэрил
– Плохая идея, Бут. – Гейб упорно использует привычное имя, и я уверен, что он делает это намеренно. Дэрил Дерби для него незнакомец, и Гейб пока не знает, как к нему подступиться. Со временем он привыкнет, а пока я снисходительно закрываю глаза на его самовольство.
– Я спрашивал твое мнение? – Выгнув бровь, я выразительно смотрю на массивный навесной замок на двери карцера. – Открывай.
– Если ты психанешь…
– Ты хоть раз видел, чтобы я психовал?
– Нет, но…
– Открывай, – стиснув зубы, повторяю приказ.
Гейб достает связку ключей, выданную генералом, неторопливо подбирает нужный. Тянет резину, мать его, а у меня не так много времени до возвращения Дианы. Мария и долгие разговоры – это нечто несопоставимое. Информацию из нее приходится буквально тянуть клещами, периодически исполняя танец с бубнами. Последнее совершенно против моих методов дознания, но, блядь, ради этой непробиваемой суки пришлось сделать исключение. Сомневаюсь, что с дочерью она будет более откровенной и красноречивой. И абсолютно точно не хочу, чтобы Диана знала, где я провел время в ее отсутствие, иначе танцы с бубнами на моих нервах мне стопроцентно гарантированы.