У меня были конкретные цели и планы, жизнь не протекала впустую, она неслась вперед на бешеной скорости, а затем разбилась… На до и после предложения Уильяма принять участие в запуске засекреченного проекта взамен на еженедельные визиты к матери, которую он вывез на остров.
Всё, что было до, со временем стерлось как нечто незначительное, отвлекающее. С каждым следующим годом укреплялось стойкое ощущение того, что я начал жить в тот день, когда прилетел на остров. Нет, не жить. Выживать. Выживать в прямом смысле слова.
Тем не менее я сделал осознанный выбор, подписывая контракт с дьяволом. Добраться до врага на закрытой территории казалось осуществимой задачей, но я понятия не имел, во что мне придется играть. Если бы я мог выбирать сейчас… но я не могу.
– Шторм пошел на убыль, – произносит Гейб, когда мы оказываемся на улице.
Дождавшаяся нас группа прикрытия без лишних подсказок занимает свои позиции и ждет дальнейших указаний. Все смотрят на меня, а я на небо. Черное, бесконечное. Глубокая зимняя ночь. Никаких звезд. Только промозглый холод, снег и ветер.
– Начинайте готовить вертолеты к вылету, – распоряжаюсь я, полной грудью вдыхая морозный воздух. После тюремной вони он кажется особенно чистым и свежим.
– Тут такое дело, Бут… – быстро взглянув мне в лицо, нервно мямлит Гейб.
Я даже не пытаюсь строить теории насчет того, с какой стороны опять «прилетело». Сейчас любые возникшие проблемы кажутся мне заочно никчемными и не стоящими внимания.
– Говори, – равнодушно бросаю я.
– Мне только что сообщили… – Гейб поднимает на меня уставший взгляд, зеркально отражающий мое состояние. – Смерть Эйнара Гунна зафиксирована десять минут назад. Остановка сердца. Не откачали… – батлер внезапно осекается, заметив расползающуюся улыбку на моем лице.
– Везучий сучонок, – выдыхаю я, чувствуя, как мороз щиплет лицо и немеют губы. Гейб потрясенно молчит, споткнувшись о мою нестандартную реакцию. Представляю, как по‑идиотски странно выгляжу со стороны.
– Ты в порядке? – положив руку мне на плечо, обеспокоенно и даже слегка сочувственно спрашивает батлер.
– Да. – Поднимаю вверх большой палец, наблюдая, как еще сильнее вытягивается физиономия Гейба и решаю его добить: – Вопрос не в тему, но ты помнишь свой первый стрим?
– Смутно, – нервно сглотнув, отзывается он и растерянно оглядывается по сторонам. Обступившие нас бойцы тоже как‑то напряженно переминаются с ноги на ногу. Волнуются, что главный ведет себя немного неадекватно.
– А я свой отчетливо. В деталях, – невесело ухмыляюсь я, и в голове мгновенно всплывает фрагментарная цепь событий того дня.
Первый кадр особенно яркий. Спускаясь в лифте на игровой уровень, я отрешенно смотрю на горизонт. Всего несколько секунд. Небо пылает пурпурно‑красными тонами, по волнам пенится и разливается кровь. Мне не нравится сравнение, но другого на ум не приходит. Интуиция кричит: «Нужно бежать», разум подсказывает, что некуда, а инстинкты вопят: «Сражайся и победи». Я не знал, что меня ждет впереди, но почему‑то был точно уверен, что не умру. Сегодня такой уверенности нет…
– Был полный отстой? – натянуто спрашивает Гейб, не дождавшись продолжения начатой фразы.
– Хуже. Я продержался не больше десяти минут, после чего с дырой в брюхе меня уволокли с площадки.
– Это как? – Гейб недоверчиво щурится.
– Обычно. – Небрежно пожимаю плечами. – Тогда я был не батлером, а трутнем шестого уровня. Ты не в курсе, но свой путь мы с Эйнаром начинали с одной ступени. У меня он занял два года. Эй справился за один. Уникальное везение, феноменальная живучесть, но на деле всё намного проще. Нам обоим подыгрывали. Я должен был догадаться…
– Ты был трутнем? – потрясенно переспрашивает Гейб. Все‑таки он немного туповат, раз услышал только это. Выдохнув струю белого пара, перехожу к языку четких приказов:
– Я хочу увидеть тело Эя, записи с камер видеонаблюдения и поговорить с бригадой медиков, которая его откачивала.
Глава 18
Глава 18
Спустя полтора часа я все‑таки добираюсь до коттеджа. С порога отмечаю, что внутри подозрительно тихо и темно. Щелкаю выключателем на стене, быстро разуваюсь, снимаю верхнюю одежду и бесшумно прохожу в гостиную. Там тепло, пахнет едой и ни черта не видно, потому что огонь в камине почти погас, а свет до моего появления никто включить не догадался.