– Что ты подразумеваешь под словом «уйти»? – задержав дыхание, обескураженно спрашиваю я.
– Покинуть «Улей», стать невидимкой для корпорации, прожить обычную среднестатистическую жизнь. Начать с чистого листа, – тягуче‑медовым голосом перечисляет мама, предлагая то, о чем я не осмеливалась даже мечтать и что точно не рассчитывала услышать, когда переступала порог этого дома.
Убрав ладони от лица, встречаю ее спокойный, уверенный взгляд. Она говорит всерьез и обладает возможностями, чтобы устроить мое исчезновение. К горлу подступает горечь, сердце содрогается от предчувствия чего‑то неотвратимого. Дьявол умеет искушать… и взамен потребует как минимум душу.
– Ты можешь уйти со мной? – Вопрос срывается прежде, чем я успеваю до конца его осмыслить.
– Нет, – мама едва уловимо улыбается и медленно качает головой. – Мое предложение распространяется только на тебя.
– Дэрил… – Мое сердце обрывается от одной мысли о возможном расставании. Я не готова. Не сейчас. Он только что вернулся в мою жизнь, и я не успела забыть, каково было без него.
– Нет, милая. Только ты, – непреклонно произносит Мария. – Дэрил займет свое место в корпорации и будет готовиться к новому сражению, исход которого ты уже не увидишь.
– Он будет меня искать…
– Не будет, – уверенным тоном перебивает мама.
– Ты его не знаешь, – протестую я.
– Я знаю, что делаю, Диана. Просто поверь мне на слово. Дэрил не станет тебя искать.
– Но я люблю его, – жалко всхлипываю, прижимая ледяные пальцы к дрожащим губам.
– Я тоже любила твоего отца. Твоего настоящего отца. Посмотри на меня сейчас и прими правильное решение. Подумай, Диана. Очень хорошо подумай, потому что если останешься, то рано или поздно превратишься в меня.
Опустив голову, я измученно сползаю по стене. Мозг взрывается от гудящих мыслей, в груди полыхает пожар противоречий. Сжимаюсь на полу и, закрыв лицо ладонями, беззвучно плачу. Мама опускается рядом, но не трогает меня и ничего не говорит. Она ждет… Я должна решить. Не завтра, не через год, а сейчас.
– Как это будет? – тихо спрашиваю я.
– После взлета твой вертолет прервет связь с командным пунктом, изменит курс и направится по другим координатам. В месте назначения тебя встретят и сопроводят дальше, – сухо поясняет мама, словно речь идет о чем‑то обыденном. – В этот же день твои данные сотрут из всех имеющихся баз корпорации и правительственных структур. Ты начнешь совершенно новую жизнь, свободную от всевидящего ока «Улья», и сможешь распоряжаться своим будущим так, как пожелаешь.
– Звучит как мечта, – сипящим голосом признаю я.
– Это – да? – требовательно уточняет мама. Дергано киваю головой, не в силах произнести роковой ответ вслух. – Назад дороги не будет. – Она участливо касается моего плеча. – Этот путь в один конец.
– Я понимаю.
– Нет, – мягко возражает она. – Понимание придет позже, но я должна была тебя предупредить. И еще… – Мария подхватывает мой подбородок и разворачивает к себе. – Дэрил ничего не должен заподозрить. Постарайся вести себя естественно. Никаких слез, признаний и долгих прощаний. Он не идиот и сразу почувствует неладное.
Мама напрасно волновалась… Несмотря на то что я нарушила все ее инструкции, Дэрил ничего не заподозрил, списав мое нестабильное эмоциональное состояние на стресс от гибели Эйнара и моего непосредственного в ней участия.
Неправильно заставлять его думать, что я убиваюсь по другому мужчине, когда всё, о чем я способна думать, – это он, Дэрил. Боже, каких титанических мучений мне стоит это душераздирающее притворство…
Каждое слово, каждый взгляд застревает в кровоточащем сердце. Я понимаю, что не имею права, но эгоистично требую от него признаний, которые хотела забрать с собой, чтобы потом вспоминать в мельчайших подробностях и оплакивать то, чему никогда не суждено сбыться. Я заглушаю муки совести тем, что из нас двоих Дэрил переживет разрыв быстрее и легче и мое место ненадолго останется свободным.
Но когда Дэрил говорит, что правильный выбор дается легко, я чуть было не срываюсь. Что он может понимать? Перед ним никогда не стояло такого выбора. Он никогда по‑настоящему не хотел уйти. «Улей» давно стал его домом, ненавистным, смертельно опасным, но другого Дэрил не знал.