И что же дальше? Я не уверен. Вряд ли мы сможем подтвердить многое из того, что говорил Дайер, но кое-что из его слов – это факт. А как же город? Он все еще там? Да и нет. – Гейтс обвел взглядом присутствующих и увидел на лицах зачарованность и любопытство… но также и страх. – То, что описал Дайер, к сожалению, исчезло. Район, который он посетил, в тридцатые и сороковые годы был уничтожен геологической катастрофой и мощным обледенением. Его внушающие благоговение «Хребты безумия» по большей части погибли… из-за сейсмической активности и ледников почти невозможно определить место, где когда-то находились руины. Вся местность изменилась… появились ущелья и долины, которых раньше не было, и крушение вершин, которые Дайер описывал, открыло дорогу мощным снегопадам. И если эти руины еще существуют, они погребены под горами снега и льда.
– А как же вторая экспедиция? – спросил кто-то.
– Старкуэзера-Мура? Она последовала за Дайером в 1931–1932 годах, но результаты исследований оказались неубедительными. Вскоре после экспедиции Пабоди один из геологических сдвигов уничтожил бо́льшую часть региона. Полный крах для ученых. Они искали следы дочеловеческой цивилизации, в частности – большого каменного города, построенного инопланетной расой, но ничего не нашли. Так что, как можете себе представить, научное сообщество насмехалось над утверждениями Дайера. Еще одна экспедиция финансировалась частным образом в 1960 году, но успеха не имела. Со времен экспедиции Пабоди здесь постоянно ходят слухи о пришельцах и странных цивилизациях, но доказательств не было… до сегодняшнего дня…
«Ну вот, – подумал Хейс. – Сейчас начнется самая жуткая хрень, как будто до сих пор было недостаточно страшно».
Он взглянул на Шарки, и она посмотрела на него. Трудно сказать, что промелькнуло между ними, но это было похоже на взгляд, которым обмениваются дети у лагерного костра, после того как им сказали, что история о призраках, которую они только выслушали, на самом деле правдива. Поистине, это был день откровений.
Гейтс рассказывал о своих раскопках в нескольких природных известняковых пещерах далеко к югу от «Хребтов безумия» Дайера. Первоначальной целью экспедиции Гейтса были палеонтологические исследования, и они оказались чрезвычайно успешными. Ученые обнаружили мезозойских тераподов и тетраподов, почти полный скелет динозавра зауропода. Были найдены протомлекопитающие, такие как триконодонты и цинодонты, а также мозазавры и плезиозавры юрского периода и даже более молодые китообразные из кайнозойской эры. И не только животные, но и растения, цикады и цикадоподобные, сосудистые птеридофиты девонского периода, включая новые виды ликоподов, плаунов и сфенопсидов. Гейтс очень подробно рассказал о покрытосеменных и голосеменных растениях мелового периода и о пермских папоротниках.
Казалось, он хочет говорить о чем угодно, только не о «Старцах» и открытых им руинах. Но наконец он к ним вернулся.
– Как видите, мы не собирались подтверждать дикие теории Дайера. У нас было много конкретных проблем в этих изобилующих окаменелостями скалах. Потребуются месяцы, чтобы извлечь найденные образцы из слоев, и годы на правильную классификацию. Но, как вы знаете, мы нашли и кое-что другое, что сразу же привлекло наше внимание. В известняковых пещерах, о которых я говорил, мы обнаружили богатейшие залежи окаменелостей. Но когда мы углубились в пещеры, то увидели нечто вроде погребальной ямы, в которую эти существа были помещены вертикально, а потом… а потом наша пещера превратилась в огромный грот в сотни и сотни футов высотой. То, что мы нашли, намного превосходит Мамонтову пещеру в Кентукки… Некоторые из этих пещер настолько велики, что в них можно уместить целый город…