Несмотря на громкую свадьбу сезон продолжался. Прошла всего неделя, и вот уже были разосланы приглашения на новый бал. В роскошный особняк на улице Глициний вернулся хозяин. Граф Данте Гамильтон прибыл после долгого отсутствия, во время которого, по одним слухам, занимался политической деятельностью, а по другим, — расточительством и распутством. В чем бы ни была правда, разосланные приглашения обещали масштабное празднество в честь дня летнего солнцестояния.
В тот раз семья Беннетов так же получила приглашение одной из первых, благодаря бойкости и стараниям миссис Эванс. Офелии не терпелось поскорей узнать тему бала. Она расхаживала по лестничной площадке в ожидании экономки. Девушка была одета к выходу, чтобы тотчас отправиться к модистке, когда миссис Эванс вручит ей заветный конверт.
Все только и говорили, что о новом хозяине особняка на улице Глициний. Спеша к модистке, Офелия то и дело ловила обрывки фраз, доносившиеся не только от молодых девиц, еще не подозревавших о бале, но и от их матушек, которые, упустив одного завидного холостяка в лице Теодора Крессвела, готовились к битве за новоприбывшего, ведь было доподлинно известно, что граф Гамильтон был не женат несмотря на располагающий к наличию семьи возраст.
Офелия никогда прежде не видела графа, а потому не могла судить, насколько он завидный жених, но подаренный матушками статус означал, что, как бы ни выглядел Данте Гамильтон, его материальные качества с лихвой компенсируют любой недостаток внешности или характера.
Как и ожидалось, мисс Беннет первой сделала заказ у модистки — платье было готово ровно через четыре дня, за два дня до бала. Офелия знала, что будет выглядеть сногсшибательно, и чувствовала себя уверенно, однако внутри нее словно взрывались крошечные фейерверки, стоило ей подумать о торжестве. Казалось, то было некое предчувствие, словно на балу графа Гамильтона должно произойти событие, которое изменит жизнь Офелии навсегда.
Приготовления шли полным ходом. Накануне вечером Офелия накрутила на лоскуты ткани локоны и рано легла спать, чтобы лицо выглядело свежим и отдохнувшим. Утром с помощью горничной приняла ванну с цветочными лепестками и маслом розы, после чего провела все необходимые процедуры по уходу за кожей. Теплый летний день клонился к закату. Офелия напевала под нос одну из глупых песенок, в последнее время снискавшую популярность среди горожан, и разглядывала разложенное на кровати платье, пока горничная затягивала ей корсет.
Крик раздался с первого этажа. Офелия вздрогнула, горничная от испуга выпустила корсетные ленты, тут же извиняясь.
— Подай мне халат, Энни.
Молодая мисс Беннет спешно оделась и вышла на лестничную площадку. Из своей комнаты выглянули ее младшие сестры, и она взглядом велела им не выходить. С девочками осталась гувернантка. Опускаясь по лестнице, Офелия слышала, как перешептываются слуги и как шумит от шагов толстый шелк ее халата. Эти звуки, как и раздавшийся мгновенье назад крик, после преследовали ее в кошмарах.
На первом этаже царила суета. Шум шел из малой гостиной, возле нее толпились служанки. Когда Офелия подошла ближе, они расступились. Несколько девушек прятали от молодой хозяйки лица, другие смотрели на нее с тревогой. Офелия остановилась, дурное предчувствие зацарапалось в груди. Должно быть, у нее заложило уши, иначе она услышала бы сдавленные рыдания, доносившиеся из комнаты. Но Офелия не могла разобрать ни звука. Она стояла, оцепеневшая, никто из слуг ее не трогал, никто не вымолвил ни слова. С места ее удалось сдвинуть подоспевшей сзади миссис Эванс. Следом за ней спешил мистер Кармайкл, семейный врач.
— Мисс Беннет, милая, позвольте пройти! — Когда Офелия отступила в сторону, экономка гневно взглянула на служанок. — Нечего здесь стоять! За работу!
Горничные разбежались, миссис Эванс с доктором Кармайклом скрылись в малой гостиной, Офелия осталась в холле одна. К ней вернулась способность двигаться, и она сделала неуверенный шаг в направлении приоткрытой двери, из-за которой раздавались приглушенные голоса доктора и экономки. Офелия выдохнула и аккуратно толкнула дверь. Все в ней сопротивлялось желанию узнать, что происходит, но, набравшись смелости, девушка заглянула в небольшую дверную щель.