— Я спрашивала, какой вы предпочитаете шелк. — Молодая швея обратила внимание на ткани. — Кремовый или голубой?
Офелия сосредоточила взгляд на ткани, из которой в скором времени сошьют платье для ее сестры Лотти. Бал в доме графа Гамильтона станет для нее первым. Мысли о торжестве, на котором Офелии так и не удалось побывать, горечью осели в горле, она снова прокашлялась. И все же… как прекрасно было время, когда о цвете платья думала матушка, когда после похода к модистке она делилась последними сплетнями с отцом, когда жизнь Офелии была полна надежд.
— Голубой. — Не к чему мечтать о былом. К тому же, кроме нее никто не займется приготовлениями сестры к балу. Офелия сосредоточилась. — Платье будет голубым. С россыпью кристаллов на юбке. Никаких украшений. Хватит ленты в волосах.
Когда с примеркой было покончено, Лотти под присмотром горничной умчалась в соседний книжный магазин, чтобы встретиться с подругой, а Офелия осталась в ателье, чтобы выпить с Марией чаю.
— Я могу сделать платье и для тебя.
Они расположились в небольшой комнатке позади основного зала. Именно здесь несколько лет назад Мария работала в роли помощницы модистки. После ухода старой женщины на покой, бывшая помощница вошла в статус хозяйки ателье и переоборудовала закуток в комнату отдыха.
— Не стоит, я не хочу отнимать у тебя время. — Офелия вежливо улыбнулась и пригубила чай с молоком.
— Поверь, времени у меня хватит. Большую часть нарядов будут шить ученицы.
На секунду Офелия представила, как было бы здорово появиться на первом балу сезона в красивом платье, словно она снова молода и прекрасна, а вокруг полно кавалеров. К тому же девушка давно не покупала новые наряды. Сердце в предвкушении затрепетало, а потом Офелия вспомнила, что старым девам было не принято привлекать к себе внимание, и весь энтузиазм тут же угас. Эра, когда она блистала, безвозвратно закончилась.
— Спасибо, но нет. Все равно я не собираюсь танцевать.
— И зря. — Мария всегда говорила прямо.
— А что ты? — Офелия вздернула брови, отражая атаку.
— Что я?
— Делаешь ремарки о моем статусе, а сама остаешься незамужней, а ведь ты старше меня.
— Милая, отсутствие мужа — мой выбор. К тому же я не ставлю на любви крест. А ты… я прекрасно помню, как сильно ты хотела выйти замуж.
— Люди меняются, — отрезала Офелия. Ей не хотелось говорить о прошлом, сожаления о котором и так неустанно ее преследовали.
— Да, я вижу. И не всегда в нужную сторону. — Мария покачала головой и сделала глоток чаю. — Но как скажешь, платья не будет. Только прошу тебя, не смей заявиться на бал в одном из своих траурных нарядов.
— Они не траурные.
— От одного взгляда на эти бесформенные одежды хочется умереть.
Офелия только улыбнулась. Конечно, Мария была права: стиль Офелии сильно поменялся, и не в лучшую сторону. Но как еще было одеваться синему чулку и старой деве, как не в приличные и всюду закрытые платья?
***
На подъездной дорожке дома на улице Глициний в очередь выстроилось огромное количество карет. Путь указывали расставленные вдоль газона фонарики, одетые в праздничные сюртуки слуги приветствовали прибывающих гостей. Из дома доносились музыка и оживленные голоса.
Офелия терпеливо ждала, когда очередь дойдет до их экипажа, в то время как Лотти ерзала на сиденье и то и дело выглядывала в окошко. Офелия могла понять сестру, ведь сама вела себя точно так же во время своего первого бала, а потому не осаждала, только попросила аккуратней обращаться с платьем, чтобы на юбке не образовались складки.
Подав руку в перчатке одному из слуг, Офелия аккуратно ступила на посыпанную гравием дорожку. Следом из кареты выбралась Лотти и тут же восхищенно ахнула. Восторг не был наигранным, даже Офелия, нынче относившаяся к балам как к обязанности, нежели развлечению, окинула фасад восхищенным взглядом. Дом обвивали огромные ветки глицинии, в нос бил сладковатый аромат. Цветов было так много, что стены словно светились лиловым, хотя, конечно, эффект создавали фонарики на подъездной дорожке. Взяв сестру под руку, Офелия двинулась к парадным дверям.
— Я никогда не была в настолько красивом особняке! — воскликнула Лотти.
— Ты просто не была на балу в доме на улице Магнолий. — Старшая сестра улыбнулась.
Однако особняк графа Гамильтона был действительно роскошным. И хотя сомневаться в том, что после открытия магической лавки четы Крессвелов все домовладельцы прибегали к магии для украшения домов, не приходилось, Офелия могла с уверенностью сказать, что дом на улице Глициний выглядел бы волшебно и без всякого колдовства.