* * *
В тени густых акаций
На берегу морском
Сидел старик Герасим
И чистил хуй песком.
К нему пришла Елена
И села на весок.
С Герасимова члена
На землю капнул сок.
«Елена, вот бы было
Слияние сердец:
Ты стань моей кобылой —
Я буду жеребец».
Кто просит Христа ради —
Ну как тому не дать?!
Елена стала раком —
Он стал ее ебать.
Когда уже смеркалось,
Елена шла домой,
С Герасимом прощалась
Разорванной пиздой.
* * *
Однажды было дело:
С улыбкой на лице
Блоха фокстрот запела
У деда на яйце.
Она все распевала,
Свистала молодцом,
Чечетку выбивала
У деда над яйцом.
Старик, кляня Европу,
Поковырял в паху
И вытащил за жопу
Веселую блоху.
Однажды было дело:
С улыбкой на лице
Блоха фокстрот запела
У деда на яйце.
* * *
У меня ль была
Шире маминой
Юбка белая,
Накрахмалена.
А теперь не то —
Не стоит его
Эскадрон лихой
За Москвой-рекой.
Как бывало, я
Всё давала я
Целовать свою
Ручку нежную.
А теперь не то —
Не стоит его
В штанах бархатных
У двери лакей.
Как бывало, он
Придет, всунет мне
Розу белую
В косу русую.
А теперь не то —
Не стоит его
На столе моем
Белых роз букет.
Как бывало, я
Подмахну ему
Из окошечка
Платком аленьким.
А теперь не то —
Не стоит его
Каждый день с утра
Тройка с кучером.
* * *
Ереванский луна
Выходил из небес.
Выходил на балкон
Молодой Ованес.
Припев:
Вай, вай, вай,
Вай, вай, вай.
Выходил на балкон,
На конюшня глядел.
А в конюшня ишак
Жирным жопом вертел.
Припев.
Не стерпел Ованес —
Развязал свой кушак,
И, как звер, налетел
На невинный ишак.
Припев.
Ереванский луна
Низко плыл по небес.
Выходил на балкон
Пожилой Ованес.
Припев.
Выходил на балкон,
На конюшня смотрел,
А в конюшня той сын
Над ишаком потел.
Припев.
Не стерпел пожилой —
Снял со стенки кинжал,
И зарезал, убил
Обоих наповал.
Припев.
А наутро в саду
Были трупы и кров.
Мы поем этот песн
Про армянский любов.
Припев:
Вай, вай, вай, вай, вай, вай-вай,
Вай, вай, вай, вай, вай.
* * *
Как у тети Нади
Все сестренки бля… бля…
Ох, что?! Ничего —
Бляхами торгуют.
Как из гардероба
Высунулась жо… жо…
Ох, что?! Ничего —
Желтая рубашечка.
Как у дяди Луя
Потекло из ху… ху…
Ох, что?! Ничего —
Из худого чайника.
Как на тротуаре
Три старушки сра… сра…
Ох, что?! Ничего —
С радости плясали.
* * *
Помню — я еще девчоночкой была.
Никому еще ни разу не дала.
Полюбил меня механик молодой.
Затянул меня в канаву с головой.
Поднимает полосатый сарафан,
Хуй горбатый приближает к волосам.
Впер в пизду он мне такую сатану —
Десять суток я валялась на полу.
До сих пор трещит пизда напополам.
Сука буду, я механику не дам.
У него, видать, железки на муде,
И натер он мне мозоли на пизде.