Одесская свадьба
Мы все женились, но куплеты распевали.
Тарарым-бары гопцем-це-це мама-у.
Я расскажу вам об одной одесской свадьбе.
Тарарым-бары гопцем-це-це мама-у.
А свадьба весело идет,
Жених сидит, как идиот,
И невесте на ухо поет:
Припев:
(Да-да-да)
Гоц-тоц, Зоя,
Зачем давала стоя
В чулочках, что тебе я подарил?
Иль я тебя не холил,
Иль я тебя не шворил,
Иль я тебя, паскудка, не любил?
Тебя ж не спрашивают, где все бриллианты!
Тарарым-бары гопцем-це-це мама-у.
Тебе дарил цветы, духи и фолианты.
Тарарым-бары гопцем-це-це мама-у.
Но ты не ценишь мой презент,
Ведь для тебя интеллигент —
Все равно, что фраер-элемент.
Припев.
Вот фонари зажглись по всей Преображенской.
Тарарым-бары гопцем-це-це мама-у.
Пришел тут Васька Штырь — ходок по част женской.
Тарарым-бары гопцем-це-це мама-у.
А я когда-то был один И был красавец, и блондин,
Еще имел бумажный магазин.
Припев.
Ее папаша был большой знаток бонтона.
Тарарым-бары гопцем-це-це мама-у.
В разгар веселья занял пост у патефона.
Тарарым-бары гопцем-це-це мама-у.
И тут вошли все гости в раж,
И уж сняла свекровь корсаж…
Ну прямо настоящий вернисаж!
Припев.
Но вот к концу уже подходит наша свадьба.
Тарарым-бары гопцем-це-це мама-у.
Теперь неплохо серебро пересчитать бы…
Тарарым-бары гопцем-це-це мама-у.
Пока жених еще потел,
Там кто-то крикнул между дел:
«И кто еще невесту не имел?!»
Припев:
(Да-да-да)
Гоц-тоц, Зоя,
Зачем давала стоя
В чулочках, что тебе я подарил?
Иль я тебя не холил,
Иль я тебя не шворил,
Иль я тебя, паскудка, не любил?
Сегодня праздник в доме дяди Зуя
Сегодня праздник в доме дяди Зуя.
Хозяин нынче ласковый, как кот:
Маруську — дочь свою родную —
За Ваську замуж отдает.
Маруська — баба в теле, по натуре,
Ни дать ни взять — красавица собой,
Сидела в розовом ажуре,
Уставив в Ваську глаз косой.
А Васька — плут с разбитою губою
Сидел, качал больною головой:
С утра хватил бедняга вдвое
И к свадьбе был совсем плохой.
К обеду стали гости собираться.
Стал воздух тяжелее топора.
Пришла Заикалка Параська.
Пришли отпетых два вора.
Пришли две свахи, как селедки, тощих,
И бабушка, что делала аборт.
Пришел и Яшка-фармазонщик,
По прозвищу Корявый Черт.
Но тут, веселья шум перебивая,
Вбежал пацан к собранию тому:
«Наташка в кожанке, Хромая,
Идет с отрядом ГПУ!»
Все гости как-то сразу осовели,
И вовсе опупел наш дядя Зуй:
Не пили гости и не ели,
А дядя Зуй торчал, как буй.
На пароходе из Анапы
На пароходе из Анапы
Морем я плыла.
Погода чудная была —
Вдруг буря поднялась.
Но капитан приятный был —
Меня в каюту пригласил.
Когда остались тет-а-тет,
Взяла его за пест.
Припев:
Я — Шура, ребенок нежный,
Я до пяти могу считать.
Я — Шура, ребенок нервный.
Один, два, три, четыре, пять.
Все мужчины меня знают,
В кабинеты приглашают.
Мне фигура позволяет
До пяти считать.
Кидает буря вверх и вниз.
Я у его колен.
Пиджак до корочек провис,
Чтоб непонятно всем.
На стуки в дверь, на крик «беда!»
Он всем в ответ: «Пустяк!
Уж если нам на дно судьба,
То, значит, будет так!»
Припев.
Успели мы с ним лечь в постель —
Мне, в общем, наплевать.
Но вскоре сели мы на мель —
Пора нам вылезать.
Тогда сказала я ему:
Когда прийти опять?
Ведь нам осталось досчитать.
Два, три, четыре, пять.
Припев:
Я — Шура, ребенок нежный,
Я до пяти могу считать.
Я — Шура, ребенок нервный.
Один, два, три, четыре, пять.
Все мужчины меня знают,
В кабинеты приглашают.
Мне фигура позволяет
До пяти считать.