Закончив, Мер-хан коротким движением головы подал знак следующему солдату, ожидавшему перед входом в камеру, проходить внутрь.
В глазах бедняги лишь мельком, на секунду, проскользнуло ощущение безнадежности, но он быстро взял себя в руки и послушно кивнул в ответ своему господину. Сделав глубокий вдох и сжав пальцы рук, унимая нервозность, он сделал вперед несколько шагов и приблизился вплотную к входу в куб. Отреагировав на движение поблизости, дверь бесшумно открылась.
Воин решительно сделал следующий шаг и прошел внутрь. Там он молча занял место, указанное ожидавшим его представителем учёных, и, уставившись в одну точку где-то на потолке, принялся смиренно ожидать своей участи.
Ответственный за проведение эксперимента учёный подошел ближе. Он осторожно удалил часть доспехов закрывающих грудь, и положил на открытое место специальное устройство, в корпус которого была встроена овальная емкость с фиолетовой субстанцией внутри. Активировав аппарат, ксинх сразу отошел в сторону. А после и вовсе покинул камеру.
Металлические щупальца, появившиеся из корпуса прибора, блеснули иглами и молниеносно вонзились в грудь лежащего воина. От резкой боли тот поморщился, но не издал ни единого недовольного звука.
Кожа на его груди, оставшаяся временно без влаги, начала медленно сморщиваться и высыхать под воздействием окружающей среды. Испытываемые, при этом, болевые ощущения стали только острее, но он все также продолжал вести себя невозмутимо.
Когда фиолетовая субстанция окончательно покинула устройство, щупальца-иглы вернулись на свое место в корпусе также быстро, как и появились. В свою очередь солдат, полностью вобравший в себя вещество, остался лежать. Он не сводил взгляда с крохотной точки где-то на потолке и терпеливо ждал последствий.
Со стороны, по внешнему виду, можно было предположить, что он чувствует себя нормально и его здоровью ничто не угрожает. Грудная клетка, размеренно поднимаясь вверх, а, затем, также плавно опускаясь вниз, лишь подтверждала данное предположение.
Присутствующие генералы в полной тишине внимательно следили за тем, что происходило в стенах стеклянного куба. Жадно ловя глазами каждое движение воина, они боялись пропустить даже незначительную реакцию организма на введенное вещество. Но, как ни странно, последствия инъекции никак себя не проявляли. И, спустя продолжительное время, некоторым из наблюдавших даже стало казаться, что в этот раз, препарат вообще не возымел никакого действия.
Затянувшееся ожидание прервал голос Мер-хана, зазвучавший из ретранслятора внутри камеры и заставил собравшихся генералов вздрогнуть от неожиданности:
- Солдат, ты можешь встать на ноги?
Воин послушно поднялся и сделал несколько шагов к стеклянной стене, разделявшей их. Судя по всему, он был в порядке и чувствовал себя хорошо. По крайней мере, первое впечатление складывалось именно такое. Оценивая результат, губы Мер-хана искривились в довольной ухмылке. Но, как раз в этот момент, внезапно для него и всех остальных, состояние воина резко ухудшилось. Ксинх замер на месте и удивленно поднял свои ладони на уровень глаз, внимательно изучая, словно бы перестал их узнавать.
- Ты что-то почувствовал? – прозвучал заинтригованный голос владыки.
Воин не ответил, только продолжил изумленно смотреть на свои пальцы. Вскоре его удивление сменилось испугом. А следом и паникой. Сразу после того, как один за другим, они попадали на пол. На лице их хозяина застыла гримаса боли и ужаса одновременно. Он вопросительно посмотрел на следивших за ним, сородичей и, вместе с этим одна из его ног хрустнула, словно сухая ветка, в один миг переломившись пополам.
Ксинх рухнул как подкошенный и, вновь, с мольбой в глазах, бросил испуганный взгляд на своего господина, рассчитывая на помощь с его стороны. Но, ответной реакции не последовало.
Владыка их народа, наблюдая за мучениями воина, даже не пошевелился. Ни один мускул не дрогнул на его лице и после того, как все тело солдата в один миг растворилось в воздухе, будто высохшая мумия.
Сохраняя все тоже невозмутимое выражение, Мер-хан проследил, как останки ксинха постепенно превратились в пыль, а затем, под воздействием сквозняка, и вовсе исчезли в решетке вентиляционного люка.
Когда все окончательно закончилось, он также невозмутимо, развернулся вокруг своей оси и спокойно вышел из лаборатории.
Оставшиеся в лаборатории военачальники, не получив никакого приказа, растерянно перетаптывались на месте. Периодически, вопросительно посматривая на Халлу, как на старшего по званию. Надеялись, что он даст четкие указания по поводу дальнейших действий. Только вот Халла и сам до конца не понимал, что происходит и каким должен был быть его следующий шаг.