Но, словно в противовес ее желаниям, в висках уже нестерпимо ломило и гудело, а руки предательски затряслись.
Из последних сил сопротивляясь, Милина мысленно убеждала себя, что терять самообладание нельзя, что нужно бороться. Только совладать с ослабленным организмом никак не удавалось и он, будто издеваясь, с каждой следующей секундой, все больше выходил из-под контроля.
Пытаясь отвлечься, кронпринцесса попробовала рассуждать здраво. Кем бы они не были, внутрь храма, раз это не удалось им до сих пор, проникнуть они не могут. Значит, входом по-прежнему управляет браслет, к которому доступ, пока еще, остается только у нее.
Другой вопрос, смогут ли они разрушить здание, продолжая обстреливать его? Разрушений на данный момент еще не было, но как долго храм выдержит силу их оружия? И как в сложившейся ситуации быть с Тарием? Не помочь ему, значит позволить умереть… Впустить пришельцев — позволить умереть остальным…
Остальные… Они же там, наверное, сходят с ума, пребывая в неведении. Они до сих пор ждут возвращения своей принцессы, надеясь, что она сможет успокоить и объяснить происходящее. И, главное, подскажет, как им действовать! А она, вместо этого, продолжает сидеть здесь, взаперти, пытаясь унять дрожь в руках…
Мысли в бешенном темпе кружились в голове, а кронпринцесса изо всех сил старалась найти ответ на хотя бы один из них. Здание по-прежнему продолжало периодически вздрагивать под натиском мощного оружия чужаков.
«Я обязана что — то предпринять! — кричала сама на себя Милина и тут же спрашивала. — Но что мне сделать? Как поступить? Может попытаться выйти к ним и выяснить чего они добиваются? Нет. Нельзя, это же глупо. Именно этого они, похоже, и добиваются. Открыв проход, я лишь подвергну опасности всех, кто сейчас внутри…»
— Ваше Высочество! — спокойный и одновременно, холодный голос возник из неоткуда и вынудил Милину непонимающе озираться по сторонам. Очевидно, что рядом никого не было, но голос зазвучал вновь. — Не пугайтесь, Ваше Высочество, это всего лишь я.
Экран самопроизвольно засветился миллионами красок, в итоге преобразившихся в цельное изображение, позволяя ей увидеть, как один из нападавших прекратил стрелять. Вместо этого, он поднял голову наверх и посмотрел ей прямо в глаза. Словно знал где именно она сейчас находится… словно видел ее.
— Вы должны впустить нас, Ваше Высочество. — продолжил звучать голос — Ни к чему разрушать столь величественное творение. Тем более, я сам остро желаю обладать им и его возможностями…
— Кто вы такие? Что вам нужно? — машинально выпалила принцесса, даже не расчитывая, что ее услышат.
— Ну как же… — в интонации просквозило деланное огорчение. — Разве вы не узнали меня, Ваше Высочество? Помнится в нашу последнюю встречу, вы не страдали слепотой. Скорее наоборот, зрение у вас тогда, судя по точности стрельбы, было отличное. Но сразу хочу заметить, что совершенно не держу на вас зла за тот случай. Вместо этого, нестерпимо жажду познакомиться поближе…
Услышав последние слова, Милина на мгновенье растерялась. Ведь действительно, буквально только что, секунду назад, нечто знакомое проскользнуло в поведение чужака. Что — то сильно знакомое, с чем ей доводилось сталкиваться ранее.
Наклонившись к пульту, ошеломленная кронпринцесса Митрангов аккуратно провела по специальному сенсору пальцем. Изображение сфокусировалось на лице незнакомца и увеличилось в несколько раз. Теперь оно едва помещалось на экране, позволяя досконально изучить каждую его часть.
— Но это же невозможно… — не веря тому, что видели ее глаза, тихо прошептала Милина ошарашенно отстраняясь от экрана. Но, затем, испуг резко сменился яростью и она, подчиняясь внезапному порыву, закричала изо всех сил. — Это невозможно! Ты мертв! Ты мертв, потому что я убила тебя!
Девушка находилась в здании, а пришелец снаружи. Сотни метров разделяли их в тот момент, но черные глаза злобно сверкнули, а холодные губы искривились в мерзкой усмешке.
— Вы даже не можете себе представить, насколько мне лестно слышать, что вы все — таки не забыли меня, Ваше Высочество. Подобное отношение со стороны члена королевской семьи весьма приятно, и, что самое главное, значительно упрощает мою миссию.
Мер — хан продолжал невозмутимо смотреть на нее через экран. Его губы оставались неподвижными, но кронпринцесса прекрасно слышала каждое слово озвученное изменившимся Ксинхом. С неприятным, дребезжащим звоном, они врывались в ее сознание и больно оседали в измученной голове.
— Вы заставляете меня ждать, Ваше Высочество. — не унимался владыка Ксинхов. — А ведь особе Вашего положения не престало такое невоспитанное поведение. Одумайтесь…
— Никто из вас не войдет внутрь, даже не мечтайте! — вызывающе бросила ему в ответ Милина.
Услышав очередной отказ, Мер-хан резко прекратил ухмыляться и сухо предупредил:
— Вот как? Что же, ваше право. Только знайте, слишком долгое ожидание не входило в мои планы. Если вынудите меня просить еще раз, ваш дерзкий соплеменник умрет в ужасных мучениях! Прямо у вас на глазах!
И словно подтверждая сказанное, он подал знак Халле, среагировав на который, Ксинх с силой толкнул Тария в ноги своему повелителю. Ослабленный юноша, не смог удержаться на ногах и споткнувшись, со всего размаха ткнулся лицом во влажную почву. Инстинктивно закашляв, выплевывая грязную воду, он практически сразу попытался подняться, оперевшись на руки. Но, уставшие мышцы подвели его и молодой Митранг вновь упал.
Бросив на пленника презрительный взгляд, Мер-хан продолжил выжидающе стоять, слегка склонившись над ним, предоставляя возможность Милине полностью оценить беспомощность Тария. Затем, молниеносным движением схватил юношу за волосы и с силой дернул, запрокидывая голову.
Тарий заскрежетал стиснутыми зубами, но долго терпеть жгучую боль был не в силах и в следующий момент закричал. В попытке вырваться или, хотя бы немного облегчить болевые ощущения, он схватился руками за пальцы Мер — хана, силясь разжать их, но и это не помогло. Возможности совладать с мертвой хваткой не было никакой.
В свою очередь, повелитель Ксинхов, удерживая жертву одной рукой, с легкостью потянул его на себя, чем впоследствии заставил Митранга не просто кричать, а вопить от боли.
Словно реагируя на ужасные события, небо затянули мрачные, темные тучи и в следующий миг грянул гром. Веер из молний расчертил горизонт, а облака следствием разразились ливнем, мгновенно опустившегося на землю сплошной, мокрой стеной.
Дождь хлынул потоком, но незваные гости его даже не заметили. Они продолжали оставаться невозмутимыми под струями воды, дожидаясь выполнения своей, как им казалось, простой просьбы.
Ответа от кронпринцессы Митрангов по-прежнему не было и желая показать, что его терпение небезграничное, Мер — хан с легкостью поднял беспомощного Митранга на десяток сантиметров выше. В следствии чего, абсолютно лишившись контроля над чувствами, извиваясь и крича от боли, вызванной рвущейся кожей головы, юноша перестал касаться земли.
— Вы все еще сомневаетесь в моих намерениях, Ваше Высочество? — во весь голос закричал владыка Ксинхов. — Хотите, чтобы он умер прямо сейчас или, предпочитаете лицезреть медленную смерть своего соплеменника?! Лично мне — без разницы! Ни у одного из вас шансов выжить все равно нет. Кто умрет первым, а кто последним, для меня не имеет никакого значения. Я ведь добьюсь своего! Так или иначе! А вы, лучше подумайте! Зачем усугублять и так крайне ужасное положение? Вы, Ваше Высочество, еще можете выбрать, какая смерть достанется оставшимся в живых Митрангам. Быстрая, безболезненная или, наоборот, долгая и мучительная?
Ксинх без конца кричал и кричал, но Милина не слушала его. Точнее, крепко зажмурив глаза и закрыв уши ладонями, она из всех сил старалась не слушать. Только вот ужасный голос как будто назло, словно из самого подсознания, продолжал доноситься, громко и четко. В попытках заглушить этот нескончаемый кошмар, она лишь тихо шептала, мысленно обращаясь к Тарию: