1
Мои высказывания в блогах не повод проверять тексты. Что вы ищете, уважаемые?
Выражаю огромную благодарность Ж. Спасибо вам, моя Мариночка! За вашу жизнь, которая, собственно, создала Марину, за гелий, который изначально подал мне идею, за ваше потрясенное "да ну на фиг" и за то, что вынуждены были все это читать. Спасибо!
(и за то, что вычитываете мои опечатки, на которые у меня не хватает времени)
Улита
Люди любят и любят любить. Как часто бывает среди человеков, отдаются чувству, не умея того. Заслоняясь слабостью, трусостью, эгоизмом. Спасаясь малодушием. Но иногда — крайне редко, к счастью, нечасто — случается любовь настоящая. Большая любовь, самоотреченческая любовь, откровенная любовь.
И, усмехаясь, разыгрывает греческую трагедию.
Роман Эдуардович: «Улита? Почему Улита?»
Улита: «Мне нравится. Красивое. Знаешь, что оно значит?»
Улита: «Джульетта».
Роман Эдуардович: «А по паспорту?»
Улита: «Зачем тебе?»
Роман Эдуардович: «Просто интересно».
Роман Эдуардович: «Ты обиделась?»
Улита: «Ты женат?»
Роман Эдуардович: «Нет».
Улита: «Лжесвидетель не останется ненаказанным, и кто говорит ложь, не спасется[1]».
Роман Эдуардович: «Женат. А это важно?»
Улита: «Марина».
Если в будний серый день офисные дамы сидят, напряжённо уткнувшись в мониторы, можно с уверенностью сказать, что половина из них не работает.
Женщины флиртуют в соцсетях, скучают, злятся, завидуют, отпускают желчные комментарии в кулинарных сообществах, обсуждают коллег между собой и крест-накрест: «Вот это юбка у Ленки. Все еще думает, что ей восемнадцать?» — «Лен, Машку сегодня видела? Она это носит, а стыдно мне».
Тихо ненавидят шефа, боятся главбуха, хвастаются, врут, тоскуют, гадают, есть ли у мужа любовница, и читают дамские романы.
В скупой надежде, что однажды на страницу контакта, спесиво открытую «только для своих», будто в нее, изнывая от вожделения, ломятся толпы поклонников, неким кармическим, давно ожидаемым, а потому безусловно заслуженным чудом прорвется он — он! — прекрасный незнакомец в дорогом кашемировом пальто. Ворвется и выдернет ее — сорокалетнюю, полную, закомплексованную и безвкусную бабешку — в прекрасный мир с миллионерами за рулём кабриолетов. Разодев в Pradа, которое одним видом ценника постройнит счастливую обладательницу на пять размеров.
Но ни один мужик, тем более из тех, у кого в кармане ключи от двухсотого «крузака», а в квартире шесть комнат, не спешит их осчастливливать. Никто не торопится бросать ради них жен, детей, ломать устоявшийся быт, вызывать удивленные взгляды и смешки за спиной, недовольство коллег, недоверие партнеров, осуждение родных, недоумение друзей.
Ни ради них, ни ради молодых и красивых.
Туяшев трепетно любил женщин, обожал их, знал их. Но, как и любая пламенная страсть, его любовь с годами слегка поблекла, приобретя некоторые черты унылой рутинности, лишенной трепета души. И, тщась уловить что-то в глубине женских душ, он все чаще прозревал нечто избитое, давно виденное, не вызывающее томления.
Да и не собирался больше выворачивать наизнанку собственную жизнь.
Это глупо, когда тебе почти шестьдесят. Когда ты уже всего добился, ездишь на «крузаке», знаешься с большими людьми, носишь Hugo Boss и BRIONI, с деликатной пошлостью поблескивая Patek Philippe-ом из-под рукава. Когда у тебя связи, деньги, знакомства, прихваты. А на субботу уже куплены билеты в Мюнхен — развеяться на выходных, сходить на футбол.
Вся эта суета, увы, уже скучна, не вызывает прежнего вожделенческого отклика. Становишься удивительно рассудительным, когда у тебя трое сыновей от разных браков, столько же жен, с одной из которых ты до сих пор живешь. И тот жизненный опыт, который делает все уже виденным и почти безынтересным.