– Если я правильно понял, – рассудил Антон, – то тьма – партнёр?
– Тьма для вас должна быть вроде стимула и так оно и есть, – сказал Сол.
Кто предоставит возможность испытать боль, чтобы потом не причинять боль другому? Запомните: часто им может быть самый дорогой ваш друг, который согласится на это, ради вашего земного опыта. «Благословите врагов ваших».
– А что, я другу по башке дам, помогу, – залепил Серый, и общий хохот сотряс синий бездонный свод.
Глава 19. У пропасти желаний
Яков вернулся домой. А вернее, к бабушке на квартиру. Его перевели пока на домашнее обучение, и Клавдия Михайловна, как педагог-профессор хлопотала, чтобы обеспечить внука всем необходимым для занятий – тетради, учебники, пишущие предметы, а с дипломатской квартиры приехали телефон и ноутбук.
Огромной радостью оказалась другая новость: в третьей комнате будет жить Барсук-отец!
– А что такого? – говорила счастливо бабушка. – Чтобы тебя прогуливать в кресле, нужна физическая сила.
Яша отметил, что Барсук ей очень нравится.
– Ах, как жаль, что мы не были знакомы! – сетовала Клавдия Михайловна, по-королевски потчуя Барсука.
Яша узнал, что Барсук сам представился ей перед отъездом Марины и Саввы в Швейцарию, чтобы она знала: отец Якова рядом. Но по просьбе Барсука бабушка пока не открывала тайну Яше, только тайно улыбалась. Наконец, и маме Марине пришлось впервые всё рассказать матери об отце Яши, как это всё получилось, и как она переживает теперь, когда он нашёл их. Бабушка же в ответ сказала, что Марина может быть спокойна за сына – его будут охранять не телохранители, а родные люди. Вот только почему Барсук просил не сообщать Якову сразу, что он – его отец? Марину это устраивало.
– Правда, чего ты молчал? – спросил Яша отца.
– Да я собирался каждый день, но почему-то… не знаю, – ответил Барсук смущённо.
В день переезда из больницы к вечеру явилась мама Марина и заявила, что забирает Якова в Швейцарию, она все дни хлопотала, всё готово, всё она обеспечила. Бабушка застыла. Барсук напрягся, но молчал. Всем было понятно, что лечение там и лечение здесь – почувствуйте разницу, как говорил Сол. Перед глазами предстала секундная картинка, как Савва бежит по берегу Женевского озера.
– Я не поеду, – сказал Яша.
– Мам, что он говорит? – спросила Марина Клавдию Михайловну.
Далее последовала мамина речь, каждое слово которой можно было бы знать заранее, во время которой бабушка сидела, задумчиво прикрыв рот ладонью, а Барсук не сводил с Марины глаз. Словно она была пантерой, а он дрессировщиком, и оба они находились в одной клетке.
– Я не поеду.
Выручила бабушка. Она предложила пока оставить всё как есть, а если они тут не будут справляться, то… Марину удалось убедить, но она ещё долго сотрясала спокойный воздух бабушкиной квартиры и за общим чаем ни к чему не притронулась.
Лапка нашлась у Людки. Оказывается, её сестра, Львина Наумовна, мать Готика, культурно попросила Лапку выехать из её квартиры, заявив, что жить втроём с ребёнком будет «не гигиенично». Барсук был изгнан раньше. Лапка смиренно кивнула, собрала игрушки и отправилась в ресторан «ЧБ кот», искать Людку. Робот-Виктория, дочка Людки, без лишних слов позвонила отцу и передала Лапку.
Людка обрадовался, сгрёб Лапку и устроил её у себя. Лапка всё объявила благодатью и на время укатила в Париж к Леде Бара, погостить у певицы. Вернувшись через пару недель, опять возрадовалась, потому что сестра Львина разрешила Лапке иногда брать Готика на прогулки.
К Яше Готик заявился не один. С ним, кроме, разумеется, Лапки, пришёл детина в засаленном бандане, в кожаной куртке с клёпками. По гиганту, как по планете, ползала белая крыса. Готик представил его как своего друга Диму-байкера, обладателя древней супер-машины с люлькой, который согласился прокатить Яшу по Москве.
– Честно сказать? – спросил Готик Яшу, пока Дима отлучился в туалет. – Эти байки – просто пукалки, по сравнению с техникой нашей Галактики. Допотопные вонючки-громыхалки. Я бы на месте Димки гордился не байком, а дружбой с крысой.
Яша онемел от счастья, когда байкер-богатырь без лишних уговоров загрузил его в люльку, а Готик, против правил, уселся на пол люльки у Яши между ног. Лапка же – никто и не сомневался – поехала с ними, оседлав байк позади Димы, по которому продолжала патрулировать белая крыса.
Вся честная компания неслась по Садовому кольцу. Лапка рассказывала:
– Вот тут! – орала она, указывая на большой торговый центр, – пару тыщ лет назад стояла моя избушка, – я же была Бабой Ягой!..
– В Москве?! – тоже перекрикивал рёв байка Готик.