Улл сунул руку в карман жилета и вытащил оттуда небольшой прямоугольный черный прибор.
— Это коммуникатор, — сказал он президенту и указал на кнопку. — Нажми вот это, и он соединит со мной на «Искателе», и мы начнем процесс транспортировки.
— Хорошо, — Аарон обратил свое внимание на Тришу. — Иди собери вещи. Ты отправишься со мной в Белый Дом.
— Триша останется со мной! — почти проревел Улл. Он не собирался позволить Трише оставить его. Он не был уверен, почему это было так важно, но так оно было.
Триша была потрясена реакцией Улла и тем, как быстро он мог передвигаться. Только что она была рядом со своим тио, а в следующее мгновение оказалась прижатой к боку Улла, ее запястья были скованны одной из его больших ладоней. Хотя это было не больно, Триша знала, что у нее нет никакого способа освободиться, если Улл не позволит этого. Взглянув на своего тио, она увидела, как изменился его цвет лица, и поняла, что он вот-вот потеряет самообладание, а это ничего не решит.
— Этому не бывать… — начал было Аарон.
— Все в порядке, тио, — быстро оборвала она его. — Я отправлюсь с ним.
— Триша, нет! — возразил он.
— Это даст мне время пообщаться с похищенными, объяснить им, что происходит и почему, и поговорить с министром Раскином, представителем, которого кализианцы послали для переговоров о торговле продовольствием.
— Ты можешь сделать это в БСАС, — возразил Аарон.
— Верно, но это даст нам фору, — она попыталась воззвать к его рациональной стороне, зная, что он всегда любил делать все как можно более эффективно. — Конечно, если ты доверишь мне это сделать. Я знаю, что не являюсь частью твоего дипломатического штата…
— Конечно, я доверяю тебе, Триша! — он недоверчиво посмотрел на нее. — Неужели ты думаешь, что я не сделал бы тебя своим представителем, если бы мог?
— Представителем? — ее глаза расширились от шока. — Меня?
— А кого же еще? — парировал Аарон. — Ты не только та, кого для этого попросила Лиза, но и единственная, кроме меня, кто способен понять его, — он указал рукой в сторону Улла.
— Кроме похищенных, — напомнила она ему, зная, что заставила его успокоиться и подумать. — Кализианцы позаботились о том, чтобы к ним также был применен правильный Обучатель.
— Правильный? — Аарон нахмурился, услышав это. — О чем ты говоришь?
— Первая группа, та, что была продана в рабство, — напомнила она ему. — ганглианцы запрограммировали устройство только на то, чтобы они понимали ганглианский и залудианский языки — языки своих хозяев.
— А вторая группа? — тихо спросил он.
— В нем были все языки, но не было истории, — поведала она ему, — кализианцы это исправили.
— Значит, когда они вернутся, то начнут рассказывать обо всем, что узнали и испытали, — тяжело вздохнул Аарон.
— А ты бы не стал? — спорила она. Она знала, что ее тио полностью поддерживает Первую поправку Конституции, которая гласит, что человек имеет право выражать свои мнения и идеи, не опасаясь возмездия, и у этих людей будет много мнений.
— Да, и им это будет позволено, — заверил он племянницу. — Это просто еще одна проблема, с которой нам придется иметь дело, если мы решим вести переговоры и с кализианцами, и с торнианцами.
— Если? — прорычал Улл.
— Если… — подчеркнул Аарон в ответ.
Глава 5
Закрыв глаза, Триша устало вздохнула и откинулась на спинку кресла, когда Улл вылетел из ее дома. Ее тио ушел совсем недавно, но не раньше, чем обнял ее, поцеловал и прошептал, чтобы она была осторожна. Она заверила его, что все будет хорошо, и надеялась, что так оно и будет. Она не понимала внезапных перепадов настроения Улла. Может быть, это была какая-то торнианская штука? Или он изо всех сил пытается справиться с переменами, происходящими в его мире, так же, как Триша — со своими? Одна из вещей, которую Лиза вложила в Обучатель, заключалась в том, что, несмотря на то, что их воспитывали в качестве защитников, некоторые торнианские мужчины не были рады, что они отправлялись на Землю, чтобы взять то, что им было нужно.
Ситуация в их Империи становилась все более ужасной.
Был ли Улл одним из этих мужчин? Если так, то почему Император послал его с такой важной миссией?
Ей так хотелось просто откинуться на спинку кресла и наслаждаться этим удивительным ощущением. Она собиралась впервые отправиться в космос, по крайней мере, сознательно. Немногие люди на Земле когда-либо имели возможность сделать это, что сейчас предстояло сделать ей. Люди, особенно женщины, были похищены, похищены и обращены в рабство, и казалось, что именно она должна положить этому конец.