— Они потомки моего кровного брата, Джади, — произнес Райден.
— Вот почему их глаза светятся так же, как ваши.
— Да, это кое-что из прошлого, что сохранилось, несмотря на все усилия Дако.
— Как ваша разноцветная кожа сохранилась в торнианцах, только по отдельности.
— Верно.
— Итак, что же от вас осталось здесь, на Земле?
— Очень мало, — с сожалением ответил Райден. — Похоже, Дако по какой-то причине сосредоточил здесь большую часть своего гнева. В то время как ваши люди верят, что они бывают разных цветов, они просто оттенки одного.
— Я не согласна, — вмешалась Богиня. — Хотя внешне люди не похожи на твой народ из прошлого, внутренне они похожи. Это жизнерадостные, сильные, творческие существа, которые, несмотря на все, что сделал с ними Дако, продолжают заботиться о других. Эта черта была сутью твоего народа, Райден.
— Согласен.
— Возможно, именно поэтому Дако нанес сюда такой сильный удар. Когда вы разрушаете сердце существа, тело вскоре следует за вами.
— Это, кажется, являются сутью многих людей, не так ли? — Райден задумчиво посмотрел на Тришу.
— Именно поэтому они так важны, помогая остановить то, что я создала.
— Вы имеете в виду Великую инфекцию.
— Да. Конец ее начался благодаря влиянию земных женщин, таких как Ким, Лиза, Маккензи, Дженнифер и Эбби. Но пока все не восстановят свою честь, она не завершится полностью.
— Я сделаю все, что смогу, но не все земные женщины захотят соединиться с торнианскими воинами.
— Конечно, нет, потому что у вас есть много своих мужчин, которые также достойны этого. Но все решат, в конце концов, оставшиеся виды. Я имею в виду ганглианцев.
— Вы хотите сказать, что благополучие известных Вселенных и конец Великой инфекции зависят от того, когда ганглианцы станут благородными?
— Да.
— Вот черт!
— Позаботься о своем торнианце и своих людях, а ганглианцев оставь нам.
Триша приподнялась от удивления, когда Богиня подошла и поцеловала ее в лоб.
— А теперь тебе пора возвращаться.
И с этими словами мир Триши погрузился во тьму.
Глава 19
— Вы собираетесь ответить на вызов? — осторожно спросил Зо, когда комм зазвонил снова. Он потерял счет тому, сколько раз он звонил с тех пор, как Улл поместил самку в регенератор.
— Я пока я не знаю, что ему ответить, поэтому пока нет смысла отвечать.
— Ее манно этого не оценит.
— Он не манно Триши. Он брат ее матери. Он также является президентом Соединенных Штатов Америки. Огромная территория на Земле, сравнимая с областью Этрурии на Торниане.
С каждым предложением брови Зо поднимались все выше и выше, его взгляд устремлялся к заполненному лечебным паром блоку. Эта женщина принадлежала могущественному мужчине. Торнианская Империя нуждалась в самках для своего выживания. Что будет, если она не выживет?
— Тем больше у вас причин ответить ему.
— Я уже поклялся ему, что сделаю это. Как только я что-нибудь узнаю. — Улл поднял взгляд на Зо. — Так есть ли новости?
— Нет.
— Тогда нет причин отвечать на его вызов.
Зо не был согласен, но Улл получил полную власть над всем, что касалось Земли, от самого Императора. Поэтому, слегка поклонившись Уллу, он вышел из комнаты.
Улл не знал, как долго он стоял на коленях рядом с Тришей, пытаясь разглядеть ее сквозь туман. Богиня, он думал, что быть далеко от нее и не видеть ее было пыткой, но быть так близко и все еще находиться в подвешенном состоянии… быть брошенным в неизвестность было еще хуже.
«Примкни ко мне и узнаешь…»
Улл вздрогнул, наконец осознав, что странные мысли, которые часто возникали, на самом деле были чужими… они были от Дако.
— Нет! — взревел Улл. — Я пригодный и достойный воин! Я не поддамся твоей лжи!
«Даже если это будет означать, что твоя самка будет жить?»
Улл застыл на месте. Женщины были самым драгоценным во всех известных вселенных, особенно его Триша. Она заслужила шанс найти мужчину, достойного ее любви. Если для этого ему придется погрузиться во тьму, это будет честный обмен.
«Тогда поклянись мне в верности!»
* * *
Триша открыла глаза и увидела белый пар, клубящийся вокруг нее. Должно быть, она все еще находится в регенерационном блоке, о котором ей говорила Богиня. Когда туман начал рассеиваться, она увидела Улла, его руки были прислонены к куполу, глаза закрыты, а губы шевелились, как будто он молился. То, что она услышала, как он молился, ошеломило ее.
— Если я дам тебе клятву, ты поклянешься, что Триша будет жить?