– Я не понимаю вас, товарищ Крылов? За год работы у нет ни одной ликвидации. Товарищ Берия призывает нас к нещадной борьбе с шпионажем иностранных разведок и что мы видим? Вы до сих пор не решаетесь ликвидировать группу Покровского…
Капитан хотел что-то сказать, но его остановил решительный жест комиссара.
– Вы, что не согласны с линией нашей партии, которая призывает нас бороться с врагами нашего государства?
Лицо Крылова побледнело, так как он хорошо знал, к чему ведет комиссар.
– Я все понял.
– Вот и хорошо, Крылов. Доложите мне в следующий понедельник о результатах вашей работы
Капитан сидел и всматривался в сосредоточенные лица подчиненных.В кабинете было так тих, что хорошо было слышно, как прозвенел, пробегающим по рельсам трамвай.
– Что притихли? – спросил он сотрудников.
Сотрудники молчали, никто из них не знал, что за этим последует. Капитан вышел из-за стола. Он, молча, прошел по кабинету и снова сел за стол.
– Я не буду проводить с вами политинформацию, вы и без меня хорошо знаете, что творится в мире и стране. Сегодня комиссар приказал мне приступать к ликвидации всех немецких разведгрупп.
Он сделал паузу и посмотрел на сотрудников. Остановившись взглядом на Воронцове, капитан продолжил:
– Больше не каких разработок.
– Товарищ капитан! Мы чуть ли не полгода провозились с группой Покровского. Нам удалось внедрить ….
Он не договорил. Крылов жестом руки остановил лейтенанта.
– Я же сказал русским доходчивым языком, что получен приказ о полной ликвидации немецкой агентурной сети. Разве, это вам не понятно. Я должен доложить комиссару о выполнении его приказа через неделю. Если вопросов нет, прошу приступить к исполнению…..
Все встали и стали медленно выходить из кабинета.
***
Воронцов сидел на лавочке и с нескрываемым нетерпением ждал Корнилову. Наконец, он облегченно вздохнул, заметив ее, идущую по аллеи в его сторону. Он встал с лавочки и улыбаясь, направился ей на встречу.
– Это вам, – произнес он, протягивая Вере небольшой букетик лиловых цветов.
– В такое время, цветы? – несколько удивленно произнесла Корнилова, прижимая их к своей груди.
– Что случилось? – спросил он ее.
– Покровский, как я его поняла, готовит какую диверсию в нашем институте.
– Почему ты так решила?
– Он приказал мне, чтобы я достала ему поэтажный план института.
Воронцов задумался.
– Когда ему нужен этот план?
– Срок поставил неделю….
Они пошли рядом. Корнилова осторожно взяла Воронцова под руку. Он улыбнулся ей, давая понять, что он оценил этот жест девушки.
– Вера! Ты должна срочно уехать из города, ну скажем, в командировку. Не спрашивай ничего, так надо. Придумай любую историю, но уезжай….
Корнилова с удивлением посмотрела на лейтенанта. Ей было не совсем понятно, почему она должна срочно уезжать из города. Почему, так тщательно подготовленная операция капитана Крылова по ее внедрению в группу Покровского должна так неожиданно для нее свернуться.
– Скажите, а капитан Крылов, в курсе вашего решения?
Воронцов явно не ожидал от нее подобного вопроса. Он на какую-то долю секунды остановился и посмотрел на Веру.
– Пока, нет, но я ему доложу о принятом решении. Думаю, что он согласится с ним.
Они, молча, прошли еще метров сто.
– Костя, а что будет с нами? Неужели мы с тобой больше никогда не встретимся?
– Мне трудно, сейчас, что-то сказать Вера.
Корнилова неожиданно для него, крепко прижалась к его телу. Воронцов моментально почувствовал, как задрожало ее тело. Он обнял ее и целуя в губы, сжал в своих объятиях. Проходящие мимо них пешеходы с любопытством рассматривали эту молодую пару, бросившим вызов, существующий в этот период морали.
– Я люблю тебя, Костя, – прошептала Вера.
– И я тебя…..
Она схватила его за руку и буквально потянула его за собой.
– Куда ты меня тянешь?
– Не спрашивай, просто доверься мне….
Они свернули в переулок и, заметив стоявший на остановке трамвай, поспешили к нему.
– Куда мы едим? – спросил Воронцов Корнилову.
– Ко мне домой….
– Но ты живешь в другом месте, – произнес лейтенант.
– Мы едим туда, где моя родная квартира.
Они вошли в подъезд и Вера, достав из сумочки ключи, открыла входную дверь квартиры. Они вошли в прихожую, и девушка снова обняла Константина. Он поднял ее на руки, и осторожно ступая в темноте, понес ее в спальню.
Воронцов открыл глаза, почувствовав запах и шум, который доносился с кухни. Он потянулся и улыбнулся, заметив, как в комнату вошла Вера.
– Вставай, соня, – произнесла она. – Завтрак уже на столе…