– Это хорошо, что ты въехал в эту ситуацию. Меня, сейчас, интересует одна из ключевых фигур в этой оперативной комбинации, это Никонова – Корнилова Вера. Ты случайно не знаешь, где она сейчас?
На лице Воронцова вспыхнул румянец. Он сразу понял, что Крылов в курсе их отношений.
– Товарищ майор, она сейчас в отряде товарища Трофима. Отряд дислоцируется в Белоруссии.
Крылов сделал отметку в своем блокноте.
– Приготовь приказ об ее отзыве в Москву. С приказом не затягивай, так как нам не известно, когда начнется эта самая операция.
– Все понял, товарищ майор.
Крылов посмотрел на радостное лицо своего подчиненного и невольно улыбнулся.
– Нужно снова временно выселить семью генерала Стеблева. Лучше будет, если они выедут куда-нибудь подальше из Москвы.
Майор поднялся из-за стола, давая понять Воронцову, что он больше не задерживает своего подчиненного.
– Кстати, как у тебя с людьми?
– У меня сейчас шесть человек, товарищ майор.
– Хватит ли тебе их?
– Не знаю, думаю, что на первое время хватит.
Крылов, молча, кивнул.
– Приступайте к исполнению незамедлительно. Операция на контроле….
Он не договорил. Воронцову и так стало понятно, кто осуществляет контроль. Он поднялся из-за стола и направился к выходу из кабинета. Крылов проводил его взглядом и, открыв свой сейф, достал из него документы. Он не спешил домой, так как его никто не ждал. Жена и трое его детей были в эвакуации и сейчас, проживали в Куйбышеве. Он почему-то улыбнулся, вспомнив о них. Он снова закурил и углубился в изучение документов.
***
Вера возвращалась из города. Впереди показался пост, на котором дежурили полицаи.
– Стой! – как-то лениво произнес полицай и, оглядевшись по сторонам, направился к девушке. – Предъяви документы.
Она улыбнулась ему и, сунув руку за пазуху, достала свернутый вчетверо лист бумаги.
– Что это? – спросил ее полицай.
– Аусвайс. Мне его вчера выдали в комендатуре. Вот видите все в порядке: подпись коменданта района, печать, все как положено.
– Андрейка! Подь, сюда! – громко выкрикнул полицай, подзывая к себе молоденького напарника, похожего на подростка. – Прочитай, что там написано?
Тот взял из рук полицая бумагу и быстро пробежал по ней глазами.
– Что там пишут?
– Это разрешение, выданное на фамилию Фроловой Клавы. Ей разрешено приобретать продукты питания для немецкой столовой в ближайших к городу деревнях.
Андрейка протянул документ своему напарнику и, взглянув на красивое лицо девушки, отошел в сторону. Полицай, придав серьезность своему широкому лицу с маленькими красноватыми глазами, поправил висевшую на поясе кобуру с «Наганом».
– Вот в бумаге написано, что ты можешь покупать продукты для немецкой столовой? – переспросил он Веру. – Это так?
Она, молча, кивнула.
– Тогда покажи мне деньги? Сколько их у тебя?
На лице девушки вспыхнул румянец, словно вопрос о деньгах, лишь был какой-то причиной к ее обыску.
– Зачем вам мои деньги?
Она еще что-то хотела сказать, но из-за поворота дороги показался грузовой автомобиль с немецкими солдатами. Полицай вытянулся в струнку и приложил ладонь руки к черной каракулевой шапке. Солдаты весело заулыбались, увидев Веру и стали дружески махать ей рукой.
– Ладно, иди, – примирительно произнес полицай. – Посмотрим, что ты купишь….
Она поправила сбившийся платок и, опустив голову, пошла по дороге дальше. Через два часа, Вера уже была в расположении отряда товарища Трофима. Она положила на стол перед командиром небольшой листочек с донесением. Он быстро прочитал его и отложив его в сторону, попросил девушку рассказать о том, что она видела в городе.
– В город, похоже, прибыла новая воинская часть, товарищ командир. Судя по их темным от загара лицам, честь откуда-то с юга. На кабинах машин изображены две скрещенные стрелы. Их разместили в школе. Численность около батальона…
– Молодец, Вера. Эту часть немцы планируют использовать против нас. Она у немцев считается какой-то особой, и они ее используют лишь в борьбе с партизанами. Кстати, поступил приказ. Москва требует направить тебя в распоряжение Главного управления контрразведки. Я не думал, что тобой может заинтересоваться Центр.
– Как же так, товарищ Трофим? Вы здесь, а я, в Москву?
– Так надо, «Зорька». Приказы не обсуждаются, а исполняются. Иди, отдыхай, а мы здесь «покумекаем», как тебя переправить….
Вера вышла из землянки. Свежий лесной запах буквально опьянил ее, а весть о Москве не только обрадовала ее, но и вселила надежду на встречу с Воронцовым.
«Как он там? Помнит меня или забыл? Сейчас, во время войны так много свободных и доступных женщин, что не каждый может избежать искушения, – подумала она. – Что гадать, вот приеду в Москву, там все и увижу».