– Быстрее, быстрее!
Они вышли из здания и сели в машину.
– В Москву, – произнес Покровский.
Они снова проехали все тот же КПП. В этот раз лейтенант козырнул майору и не стал останавливать для проверки легковушку. Щукин и радист вышли раньше и используя возможности метро, растворились на просторах города.
– Вот здесь останови,
Машина, уткнувшись капотом в кучу снега, остановилась. Олег Андреевич вытащил из кармана деньги и сунул их водителю.
– Вот возьми. Можешь не считать, я не обманываю…
– Спасибо, – поблагодарил его водитель и, подав немного назад, тронулся.
Покровский проводил взглядом машину, и когда та исчезла из виду, медленно шагая, направился к дому, в котором снимал комнату. Он открыл дверь и, сняв с себя шинель, прошел в зал.
***
Майор Крылов посмотрел на вошедшего к нему в кабинет лейтенанта из отдела связи. Тот козырнул ему и положил перед ним лист бумаги.
– Что это? – спросил его Крылов.
– Шифровка. Вчера неизвестная нам радиостанция вышла в эфир в пригороде Москвы. Длительность передачи была около четырех минут. Запеленговать рацию не удалось. Судя по подчерку, передачу вел хорошо обученный радист.
– Вам удалось расшифровать текст?
– Нет, товарищ майор. Шифр необычный….
– У вас все необычное, – раздраженно ответил майор. – И, что ты мне прикажешь с ней делать?
Лейтенант промолчал. Его молчание еще больше распалило майора.
– Вот, что милейший! Передай своему начальнику отдела, пусть приложит все свои силы и расшифрует мне все эти сообщения. Ты меня, понял?
– Так точно, товарищ майор.
В этот момент на столе майора зазвонил телефон. Он резким движением руки снял трубку и посмотрел на все еще стоявшего перед ним лейтенанта. Когда тот развернулся, Крылов произнес:
– Слушаю вас, товарищ комиссар.
Майор положил трубку и, открыв сейф, достал из него тонкую картонную папку. Закрыв металлический ящик, он направился к двери.
– Товарищ комиссар! – он не договорил, так как тот жестом руки показал ему на стул.
– Что у нас с группой Покровского?
– Контакт с «Зорькой», как я вам уже докладывал, произошел. Во время встречи он поинтересовался у нее, как хорошо она знает Челябинск и Магнитогорск. Я думаю, что его интересуют наши металлургические предприятия, не исключено, что он планирует провести на них крупные диверсии.
Комиссар пристально посмотрел на Крылова.
– Я тоже так думаю. Ваши соображения?
Майор откашлялся. Он всегда так поступал, прежде чем отвечать на вопросы руководства. Этот не хитрый финт, позволял ему, сосредоточится на ответе.
– Взять группу Покровского мы сможем в любое время. Нам известно их лежбище. Дело в том, товарищ комиссар, что если мы ее ликвидируем, то немцы наверняка направят еще несколько групп, для осуществления своих целей. Невольно напрашивается вопрос, сможем ли мы их выявить и ликвидировать? Так, что, товарищ комиссар, думаю, не стоит их сейчас тревожить. Для такой большой диверсии им явно не хватает людей, взрывчатки. Следовательно, нужно ждать еще гостей….
Комиссар задумался. Логика в словах майора Крылова явно была налицо. Ликвидация на данный момент группы Покровского ничего не решала. Нужно было принимать какое-то решение.
– Убедил ты меня, Крылов. Смогу ли я убедить там наверху, – произнес он и указал пальцем куда-то на потолок.
– Товарищ комиссар! Вы уж постарайтесь убедить. Мы здесь подумали немного и решили устроить игру. Пусть немцы думают, что вышли на какое-то антисоветское подполье, которое ждет прихода гитлеровцев.
– А, что? Интересная идея. Крылов изложите все в письменном виде. Завтра я иду с докладом, вот там я изложу все это.
На лице комиссара появилась улыбка.
«Здорово, лишь бы все это получилось. Покровский человек с опытом. Впрочем, Савинков тоже был не из простых людей, а попался», – подумал он.
– Иди, майор. Больше я тебя не задерживаю. Справка мне нужна в 15 часам.
Крылов, встал из-за стола и направился к двери.
– Погоди, Крылов. Кто у нас контактирует с Покровским?
– «Зорька», товарищ комиссар.
– Помогите ей, уж больно матер этот Покровский.
– Хорошо, товарищ комиссар.
Майор вышел из кабинета и, улыбнувшись секретарю-машинистке, вышел из приемной.
***
Корнилова шла из магазина. Стояла хорошая погода, было тихо, шел крупный снег, который словно сказочный ковер, медленно покрывал потемневшую от грязи дорогу. Она невольно вспомнила свое детство, когда она с покойным отцом лепила во дворе дома снеговиков. Перейдя улицу, она остановилась напротив витрины магазина. Когда-то до войны, она сверкала огнями, завлекая в магазин сотни москвичей, сейчас же завешана черной тканью светомаскировки, наглядно свидетельствовала о разительных переменах, что произошли с начала войны. Она тяжело вздохнула и направилась дальше. Где-то там за поворотом дороги был ее дом.