| If there was no rain at all, there were freakish, inexplicable phenomena like the epidemic of diarrhea or the bomb line that moved. |
Когда дождя не было ни там, ни тут, начинали происходить странные, необъяснимые вещи, такие, например, как эпидемия диареи или таинственное изменение линии фронта на карте. |
| Four times during the first six days they were assembled and briefed and then sent back. |
В течение первых шести дней людей четырежды собирали, инструктировали и отсылали обратно. |
| Once, they took off and were flying in formation when the control tower summoned them down. |
Однажды уже поднялись в воздух и построились в боевые порядки, но с командно-диспетчерского пункта приказали идти обратно на посадку. |
| The more it rained, the worse they suffered. |
Чем дольше лил дождь, тем сильнее все взвинчивались. |
| The worse they suffered, the more they prayed that it would continue raining. |
Чем сильнее взвинчивались, тем горячее молились, чтобы дождь не переставал. |
| All through the night, men looked at the sky and were saddened by the stars. |
Всю ночь напролет люди смотрели в небо и приходили в отчаяние, когда проглядывали звезды. |
| All through the day, they looked at the bomb line on the big, wobbling easel map of Italy that blew over in the wind and was dragged in under the awning of the intelligence tent every time the rain began. |
Весь день напролет они изучали изгибы линии фронта на большой карте Италии. Карта болталась на фанерном стенде и надувалась от ветра, как парус. Когда начинался дождь, стенд переставляли под навес палатки разведотделения. |
| The bomb line was a scarlet band of narrow satin ribbon that delineated the forwardmost position of the Allied ground forces in every sector of the Italian mainland. |
Алая сатиновая ленточка обозначала передовые позиции союзнических сухопутных войск на всем итальянском материке. |
| The morning after Hungry Joe's fist fight with Huple's cat, the rain stopped falling in both places. |
Наконец как-то утром дождь сразу кончился - и на Пьяносе, и в Болонье. |
| The landing strip began to dry. |
Взлетная полоса стала подсыхать. |
| It would take a full twenty-four hours to harden; but the sky remained cloudless. |
Чтобы затвердеть, ей требовались полные сутки. Небо оставалось безоблачным. |
| The resentments incubating in each man hatched into hatred. |
Нервное напряжение, в котором находились летчики, перешло в ненависть. |
| First they hated the infantrymen on the mainland because they had failed to capture Bologna. |
Сначала возненавидели пехоту за то, что у нее не хватает силенок захватить Болонью. |
| Then they began to hate the bomb line itself. |
Затем возненавидели линию фронта как таковую. |
| For hours they stared relentlessly at the scarlet ribbon on the map and hated it because it would not move up high enough to encompass the city. |
Часами летчики простаивали у карты, не сводя глаз с красной сатиновой тесьмы, люто ненавидя ее за то, что она не поднимается и не захватывает Болонью. |
| When night fell, they congregated in the darkness with flashlights, continuing their macabre vigil at the bomb line in brooding entreaty as though hoping to move the ribbon up by the collective weight of their sullen prayers. |
Когда наступила ночь, они собрались у стенда, и кошмарное бдение продолжалось при свете карманных фонарей. Люди сверлили линию фронта глазами, полными тоски, как будто надеялись, что от их молитв тесьма сама по себе продвинется к северу. |