— Мне казалось, что ты умеешь это делать? — подметил я.
— Оказывается, это трудно делать на ком-то другом.
— Я знал, что ты так скажешь.
Несмотря на то, что Дэймон сосредоточен на галстуке, на его лице появляется улыбка.
— Стейси предупреждала меня, что ты остряк.
— Здесь я безнадежен. Мне пять лет.
— Определенно.
— Кстати о твоей сестре, она тебе звонила?
— Она звонила и прислала пару сообщений, когда мы обедали, — ответил он, — но я не открывал их, потому что ее раздражает, когда я читаю ее сообщения, но не отвечаю на них.
— Нужно будет попробовать эту тактику. Я получил от нее три сообщения, и последнее было именно с возмущением по поводу того, что я её игнорирую. Отчасти меня мучает желание разыграть ее и написать, что у нас с тобой любовь с первого взгляда.
— Вы неисправимы, даже когда на расстоянии друг от друга, — пробормотал Дэймон, продолжая возиться с галстуком.
— Эй, это она начала, подослав ко мне парня в нелепом наряде, который прикидывался тобой. Мне нужна расплата.
— Тот парень взял взаймы прикид у меня, — невозмутимо произнес Дэймон.
Я отстранился и взглянул не него.
— Что? Уже и пошутить нельзя?
— Я просто подумал на мгновение, что ты серьезно, — ответил я, стараясь не представлять себе этого, потому что Дэймон в таком прикиде не должен привлекать меня.
— Все готово, — говорит он, похлопывая по галстуку.
Я потянулся к его бабочке, чтобы тоже её поправить.
— Не думаю, что я что-то тут исправлю. Просто я видел, как это делают в фильмах. Как ты вообще научился завязывать все эти штуки?
— Я втайне тащусь от Джеймса Бонда.
Я не отвечаю ему, но он начинает смеяться. Через мгновение улыбка исчезает с его лица, и Дэймон становится серьезным.
— Ты готов сделать это? — спрашивает он довольно строго. — Это будет отличаться от общения с твоими родителями. Тебе придется прикасаться ко мне.
— Я совсем не против этого, — отвечаю я, и на автомате делаю шаг к нему навстречу, а руки делают движение вверх по его груди. Почему-то мой мозг диктует, что так надо, а зачем, я не понимаю. Я просто смотрю на свои руки, когда они ложатся на плечи Дэймона.
Он застывает на месте и совсем не двигается. У меня складывается ощущение, что он даже не дышит.
Мой взгляд скользит к его губам, и мне становится интересно, какие они на вкус. У меня пересохло во рту, а язык словно ватный. Запахи наших одеколонов смешиваются, древесный с мускусным, каким-то образом создавая аромат, который ассоциируется у меня с сексом.
Какого хрена?
— О, вы двое такие милые! — воскликнул Джаред, появившийся ниоткуда.
Я и Дэймон отшатываемся друг от друга.
— Он просто помогал мне с галстуком, — пробормотал я, чрезмерно пытаясь оправдаться.
Уилл бросает на меня недоверчивый взгляд.
— Может, зайдем внутрь?
Я понятия не имею, что на меня нашло, но от этого я чувствую себя полным придурком. Свадьба Честити сводит меня с ума. Да уж, звучит, как законная причина желать поцеловать моего фальшивого парня.
Как только мы переступаем порог церкви, стены давят на меня, и я начинаю потеть.
— Ты в порядке? — спрашивает Дэймон и отводит меня немного назад.
Джаред и Уилл занимают свои места.
— Да. Я... Просто здесь жарковато.
— Я бы так не сказал.
— Наверное, это небольшой приступ паники от мысли, что несколько лет назад на месте жениха мог быть я, — бормочу я, с трудом сглотнув.
Дэймон становится на шаг ближе ко мне.
— Так, повторяй за мной: «это не моя свадьба».
— Это не моя свадьба, — слова даются мне с трудом, будто застревая в горле.
— Повторяй до тех пор, пока реально это не осознаешь. А сейчас давай присядем, пока ты не упал в обморок. — Он тащит меня к скамье, я сажусь рядом с Джаредом, но моя нога начинает нервно дергаться. Дэймон кладет руку мне на бедро, чтобы остановить.
Я повторяю слова Дэймона, как мантру. Это не моя свадьба. Это не моя свадьба. Это не моя свадьба.
Когда мне становиться трудно дышать, Дэймон гладит меня по ноге, и эти прикосновения заставляют тревогу исчезнуть.
Церемония длится долго и нудно. Я чувствую на себе любопытные взгляды окружающих, значит, слух обо мне и моем парне уже разлетелся среди жителей городка. Святой отец разглагольствует о родственных душах на земле и о вечной любви на небесах. Произнесите приторные клятвы и, бац, все кончено! Почему это так затянулось?
— Я засыпаю, — наклонившись ко мне, шепчет Дэймон.
Пока мы ждали окончания речи о связи двух людей во имя Бога и чего-то еще, я мечтал пропустить стаканчик. А то и пару.