— Ты прав.
— Я получал твои сообщения и не врал, когда отвечал, что занят, но если быть честным, то да, я сводил наше общение к минимуму.
Вагон дергается, и я падаю на Дэймона, так что теперь мы прижаты грудь к груди.
— Почему? — шепчу я.
Дэймон делает маленький шаг назад.
— Буду с тобой откровенен, я жду момента, когда больше не буду вспоминать наш поцелуй, чтобы не испытывать искушения сделать это снова.
ГЛАВА 10
Дэймон
Черт! Я же так отлично справлялся. Я был занят своей работой и погружен в учебу, поэтому у меня почти не было времени думать о Мэддоксе. Потом он появляется из ниоткуда и спасает меня от самого нелепого вечера в моей жизни. И это о многом говорит, учитывая то, что несколько недель назад я мчался по федеральной трассе с натуралом, которого абсолютно не знал, и только прикидывался его парнем.
Мэддокс делает шаг назад, но в переполненном вагоне метро особо отстраниться ему не удается. Он ничего не ответил на мое признание, а мне этого и не нужно. Я не хочу, чтобы он просил меня снова его поцеловать, потому что наверняка сделаю это, но в то же время я не желаю услышать, что его больше не влечет ко мне.
Поезд постанавливается, и двери открываются.
— Наша станция, — говорит Мэддокс и выходит.
Его шаг очень быстрый, и мне приходится проталкиваться сквозь толпу, чтобы успеть за ним.
— Мэдди, сбавь темп.
— Я не могу. Если я прекращу движение, то сделаю то, чего тебе так не хочется. Поэтому я буду идти так быстро, как только смогу, чтобы погасить в себе это желание.
Наверное, ответа лучше просто и быть не могло.
Квартира Мэддокса в Ист-Виллидж находится недалеко от метро. Мне приходится гнаться за ним всю дорогу, потому что Мэддокс так и не сбавляет шаг. Когда мы входим в здание, я задумываюсь о том, как все-таки он может позволить себе жилье в этом месте.
— Ты спишь с хозяином квартиры?
Мэддокс резко останавливается, и у меня не остается времени, чтобы затормозить, поэтому я налетаю прямо на него.
— Ты только что спросил то, о чем я думаю?
— А как иначе ты можешь позволить себе жить здесь?
— А ты заделался в риелторы? Родители одного моего товарища из братства владеют этой квартирой, и они сделали мне хорошую скидку.
— Я плачу по две шутки за ту квартиру, где живу. И это не студия, а конура.
— Все прелести жизни в Нью-Йорке.
— Скажи мне только одно. Товарищ, о котором ты говоришь, это...
Имя Мэтта комом стоит в моем горле.
— Нет. Это не тот парень с первого курса. — Мэддокс поворачивается и пристально на меня смотрит. — А если бы и так, что-то бы изменилось?
Раскусил.
— Нет. Мне просто... любопытно.
Когда мы появляемся в квартире Мэддокса, моя сестра уже довольно пьяна. Она лежит на маленькой софе возле двуспальной кровати и смотрит «Секс в большом городе». Стейси одержима этим сериалом еще с тех пор, как достигла возраста, в котором вряд ли можно смотреть фильмы подобного содержания.
— Что здесь делает мой брат?
— Я тоже тебя люблю, сестренка, — отвечаю я.
В квартире Мэддокса моя зависть снова расцветает во всей своей уродливой красе. Да, помещение небольшое, но столешница на кухне, которая тоже явно больше чем моя, гранитная, полы гладкие из дубовых досок, и если бы была стена, которая отделяла бы гостиную от спальни, то она была бы размером примерно, как моя квартира, только более причудливая.
Вот почему нужно быть добрее к людям. Они могут подогнать мне хорошую квартиру, черт возьми. Может намекнуть Ноа, что он слишком пассивный друг. Он же херов миллионер. Он живет в особняке с четырьмя спальнями. Я бы мог перебраться к нему... Хотя тогда бы мне пришлось быть соседом Ноа, а я не думаю, что на планете есть хоть кто-то, кто вынесет его общество двадцать четыре часа в сутки.
Стейси, пошатываясь, поднимается с дивана.
— А почему ты не отмечаешь с Эриком?
Прямо сейчас неплохо было бы придумать оправдание, но у меня нет не единой версии.
— С ним была его невеста, — выпалил Мэддокс, — у нее разболелась голова, и они решили уйти пораньше, а я пригласил Дэймона выпить.
Стейси поморщилась.
— Выпивка – это прелюдия к чему-то другому? Я всецело за то, чтобы у вас все сложилось, но только не тогда, когда я здесь, о’кей?
— Ура, у пьяной Стейси развязался язык, — с сарказмом отмечаю я.
— Нет, между мной и твоим братом ничего не будет, Стейс. Он ясно дал это понять, — проворчал Мэддокс.
Теперь я чувствую себя полным придурком.
— Мэд...
— Текилы мне, — прерывает меня Мэддокс, и это к лучшему, потому что я понятия не имею, что собирался сказать.