— Я буду аккуратен, — мурлычет Дэймон.
Я слегка напрягаюсь, чтобы подготовиться.
— Необходимо расслабиться, а то будет больно.
Я киваю.
— Мэдди, ты по-прежнему напряжен. Поцелуй меня.
Наши схлестнувшиеся рты отвлекают меня от натиска между ягодицами, пока Дэймон погружает в меня фаллоимитатор сантиметр за сантиметром. Боль от растяжения заставляет мое возбуждение слегка спасть, но я уверен, что если преодолею это, то получу гораздо больше, как только...
— О, бог ты мой.
Он касается моей простаты, и, несмотря на то, что боль еще присутствует, я жажду большего.
Вместо того чтобы продолжать работать с игрушкой, Дэймон оставляет ее во мне и перемещает руку между нами, сжимая оба наших члена и делая плавные движения.
Моя грудь поднимается и опускается от прерывистого дыхания, а лицо и тело горят.
— Ты так горяч, когда возбужден, — говорит Дэймон и интенсивнее двигает рукой.
— Ты имеешь в виду, когда ты пытаешься уничтожить меня? — я запрокидываю голову, упиваясь ощущением наполненности в моей заднице и прикосновением Дэймона к моему члену. — Черт подери!
— Я понимаю, что ты уже на подходе, как только начинаешь частить с ругательствами. — Он убирает руку с наших стволов и возвращается к фаллоимитатору. Дэймон аккуратно водит им вперед-назад, и я отмечаю, как ему важна моя реакция. — Тебе не больно?
Я самозабвенно мотаю головой.
— Черт побери, нет.
Он продолжает свою самую сладкую из всех возможных пыток, пока мое дыхание не становится настолько сбивчивым, что я не в силах выговорить ни слова.
— Ты готов принять больше?
Я не успеваю дать ответ, как он вводит игрушку еще глубже в меня.
— О, да.
Черт, да. Я уже не различаю: это в моей голове или с моих губ беспрестанно срывается просьба продолжать?
— Переворачивайся, — рычит Дэймон.
Я вздрагиваю от предвкушения, и становлюсь на четвереньки. Оглянувшись через плечо, я наблюдаю, как он тщательно покрывает свой член смазкой.
— Ты все еще не передумал? — интересуется Дэймон.
— Пошевелись и трахни меня, засранец.
Дэймон ухмыляется, одним ловким движением извлекает из меня игрушку и пристраивает свой член. Он толкается в меня, и я интенсивно сопротивляюсь вторжению. Его член гораздо крупнее. Я делаю глубокий вдох.
— Как ты, малыш?
— Все в порядке, — выдавливаю я. — Насколько ты уже во мне?
— Это только головка.
— Хорошо. Продолжай.
Я делаю еще один вдох. Я должен справиться.
Дэймон не усердствует, а начинает массировать мою задницу и поясницу, побуждая меня расслабиться. Он выдавливает больше смазки на мой анус, и ее достаточно, чтобы проникнуть чуть глубже. Его стон заставляет мой член дернуться. Бедняга в полной растерянности. Он не знает, то ли быть во всеоружии, то ли упасть от болевых ощущений в заднице.
— Я могу остановиться, — сообщает Дэймон.
— Нет, не стоит, — я буду ощущать себя ничтожеством, если не сделаю это. — Продолжай неспеша входить. — Я закрываю глаза и опускаю голову на предплечье.
Когда я уже начинаю сомневаться в том, что что-то получится, Дэймон достигает той самой точки внутри меня. Распирающая боль утихает по мере того, как он начинает совершать аккуратные фрикции бедрами, позволяя своему члену тереться о мою простату снова и снова.
— Сильнее.
— Ты уверен? — уточняет Дэймон.
— Да. Я хочу... — Мои слова теряют смысл, как только Дэймон пытается сделать более размашистый толчок. Это чертовски приятно. — Просто продолжай, — стону я.
Он продолжает входить и выходить из меня, постепенно наращивая темп.
— Еще-е-е, — рычу я.
— Так круто. Ты такой узкий, — хрипло вторит Дэймон.
— Я...
Я не нахожу нужных слов. Совсем. Мозг отключен. Словарный запас свелся к нулю. Будет хорошо, если я смогу хотя бы издавать звуки, подобно пещерному человеку.
— Что ты сейчас хочешь? — интересуется Дэймон. — Ты хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе?
Боже, да. Прикосновение к моему члену – это именно то, в чем я нуждаюсь, но не в состоянии сделать самостоятельно. Мои пальцы вцепились в простыни, пытаясь удержать меня на месте, в то время как Дэймон таранит мой зад все интенсивнее и резче. Я абсолютно забыл о боли, на смену которой пришла неутолимая потребность в большем. Еще больше ласк, еще больше секса, еще, еще, еще...
По всей видимости, я – ненасытный пассив. Еще интереснее.
Я понятия не имею, прозвучало ли мое согласие вслух, но Дэймон приобнимает меня и начинает ласкать мой член в такт своим толчкам, которые становятся все безудержнее и настойчивее.
Каждый раз, как его член вторгается в меня, волна удовольствия прокатывается вдоль моего позвоночника. Жар растекается у меня между ног, а яйца готовы взорваться.