Я страстно на это надеялась.
— А когда проходят занятия в группах? — спросила я. — Простите, я не знаю, как обращаться к вам, боюсь, я никогда не работала с заместительницей сестры.
— Называйте меня сестра Фреда. А вас будут называть сестра Лин. Здесь все друг друга знают только по именам — врачей, сестер, пациентов.
Я была шокирована:
— Это звучит как в каком-нибудь ужасном бульварном романе!
— Возможно, их авторы когда-то работали в психиатрических больницах! Подобный подход создает у пациента ощущение безопасности и анонимности. Во время групповой терапии они говорят о событиях и чувствах, которые не должны стать достоянием посторонних, например о своей личной жизни. И им спокойнее, когда никто не знает ничьих фамилий. Никто не может прийти домой и сказать: «У нас есть мистер Арбушнот, утверждающий, что задушил свою жену. Может быть, это тот самый Арбушнот, который живет по соседству с тетушкой Нелли?» Вы понимаете, что я хочу сказать?
Я кивнула и добавила, что мне будет неловко называться просто сестрой Лин.
— Вы привыкнете к этому. Теперь о групповой терапии. У нас двадцать пациентов, разделенных на две группы по десять человек в каждой, с равным соотношением мужчин и женщин, — начала рассказывать она. — Эти группы собираются каждое утро в девять, и беседа продолжается до ленча. Доктора следят за каждым. Еще существует индивидуальная терапия: любой пациент имеет право поговорить с врачом час или два в неделю, но обязательно с тем доктором, который не ведет его группу. Получается, что один врач общается с ним лично, а другой наблюдает за поведением больного в группе, и у нас получается целостная картина.
— А что делают сестры? — поинтересовалась я.
— Они проводят время в своих группах, как и врачи, — объяснила женщина. — Вы будете прикреплены к группе В, ее ведет доктор Вудхерст, за одну половину секции ответственна мисс Брукс, а за вторую — доктор Дез, как мы все его называем… Один раз в неделю, по средам, мы общаемся в так называемой большой группе. В нее входят наши группы А и В, а также весь дежурный персонал. Эти занятия ведет доктор Бернштейн… Так, сейчас почти девять, — спохватилась Фреда. — Идите и помогите собрать группу В: они встречаются в библиотеке. Сегодня их будет только восемь, потому что сестра Каттер в депрессии, а Роберта я оставила в постели из-за высокой температуры. Я сама приду через минуту.
Как выяснилось, мне не нужно было никого собирать. В библиотеке обнаружились четыре девушки и трое мужчин; одна из девушек при моем появлении вскочила и сказала:
— Пол снова опаздывает. Я приведу его, сестра.
Мне оставалось только улыбнуться и произнести:
— Доброе утро. Меня зовут сестра Лин. А теперь я попытаюсь запомнить ваши имена, хорошо?
В этот момент вошел Мартин. На нем не было белого больничного халата, думаю, из-за необходимости поддерживать непринужденную атмосферу. Он выглядел невероятно молодо в бледно-голубом свитере-поло и неправдоподобно чистых джинсах «Ливайс».
Длинноногая блондинка кинулась поприветствовать его. Вудхерст аккуратно и нежно ее отстранил со словами:
— Ой, Полли, поставь меня на место!
Потом он мимоходом глянул на меня и быстро ушел. Женщина средних лет, со спутанной массой медицинских ниток на коленях прокомментировала:
— Ну вот, Полли снова его напугала. — Потом она наклонилась ко мне: — Эта девчонка не может оставить мужчину в покое, в этом вся ее проблема.
Знай я характер девушки, я бы успела ее остановить. Но я была слишком неопытна. Когда Полли кинулась через всю комнату, я только стояла и глупо улыбалась.
Она дала женщине с нитками звонкую пощечину, так что у той на щеке остался след от ее ладони:
— Заткнись, Роуз! Метишь в любимчики новой сестры?.. — И, обернувшись ко мне, спросила: — Что она наплела про меня?
Молодой человек с длинными волосами и в вышитой жилетке, с виду похожий на хиппи, подошел к нам:
— Прекрати, Полли, она хорошая девушка. Ты сегодня мастерски отыграла свою роль, а теперь садись и молча украшай собой пространство. Ты знаешь, что у тебя это лучше получается. — Он подмигнул мне. — Она пытается доказать всем, что она самая скверная девчонка. Скажите ей, что она законченная стерва, и она станет просто ангелом. А вы хорошенькая, да?
К счастью, мне не пришлось отвечать на это замечание, потому что Эми Брукс появилась в библиотеке с молодым студентом, которого она называла Яном. Это, должно быть, Макбрайт, подумала я, а Петси, девушка в твидовом костюме, возможно, была сестрой Лейкин, но я не могла сейчас этого выяснить. Петси осмотрелась и спросила: