— Хорошо. Сестра забыла попросить вас расписаться за нее, так что сделайте это сейчас. Вот карточка.
— Расписаться за нее? — Я уставилась на собеседницу в недоумении. — Что вы имеете в виду?
— Разве вам не сказали? За Сильвией требуется постоянный присмотр, поэтому на нее заведена специальная «карточка наблюдений». Здесь это обычное дело, — разъясняла мне девушка. — Думаю, если бы сестра не работала в нашей больнице, ее бы сюда вообще не поместили, — продолжала она. — Когда у вас есть пациент, за которым требуется постоянное наблюдение, на него заводится такая карточка. Вы расписываетесь здесь, когда заступаете на дежурство, чтобы начальство могло узнать, кто за нее отвечает, а дежурный не забывал, что такого пациента нельзя оставлять одного. — Она протянула мне розовую карточку. — Смотрите, вы расписываетесь каждый раз, принимая дежурство, а потом я расписываюсь, когда вы ее мне передаете.
Я подписала карточку, указав в графе «время» девять утра, но я все еще не понимала смысла этой процедуры.
— Но зачем кому-то нужно имя дежурного?
— Зачем? — Ее бледно-голубые глаза расширились. — Если пациент сделает с собой что-нибудь, коробку с карточками отнесут в Комитет по управлению больницами. Вы же не думаете, что глава отделения всезнающий, как Господь Бог?
— Сделает с собой что-нибудь? — непонимающе повторила я.
Она кивнула, затем тихо пробормотала:
— Разве вы не знаете, что в ее случае существует риск суицида? Неужели сестра Фреда вам не сказала?
Я покачала головой и представила, что могло бы случиться, пока я болтала с Робертом.
— Вот почему она здесь, — продолжала девушка. — Мартин очень беспокоится о ней. Вот почему он планирует применять электрошок.
Мне до сих пор не удалось увидеть Мартина и поговорить с ним.
— Я еще не видела его, а то он предупредил бы меня. А где он?
— Прямо сейчас он все еще веселится с группой В. Поверьте мне, Полли его достанет, — усмехнулась практикантка. — А сегодня днем у него две часовые консультации с ребятами из группы А. Потом он придет сюда, так что, возможно, вы встретитесь. Хотя нет. Сестра Фреда попросила меня передать, что вы свободны в пять.
— Понятно. Она не объяснила, что мне делать во второй половине дня?
— Думаю, то же, что и нам всем. Смешиваться… — отозвалась девушка. — Ты знаешь, что можешь выбирать: пойти в столовую или обедать здесь, да? Докторам нравится, когда мы питаемся вместе с пациентами, но если с ними остается хоть одна ответственная, то мы можем идти куда угодно. Сегодня с ними будет Петси.
— А где я могу найти сестру? — поинтересовалась я.
— Нигде, — ответила она. — Просто ты заканчиваешь дежурство и уходишь, как только другая медсестра подписала эту карточку. Ты больше не в хирургической палате, здесь все иначе.
Что правда, то правда. Я привыкла официально сообщать старшей сестре о каждом уходе из палаты и о каждом возвращении, даже если это были недолгие отлучки в амбулаторию или лабораторию. Когда Ди попросит описать мое новое отделение, я и знать не буду, с чего начать. Наверное, слово «другое» будет хорошим началом.
Я не встретила подругу в столовой, зато столкнулась со Стивом Сейлом. Он подсел ко мне и спросил:
— Как сестра Каттер?
Я колебалась. Возможно, информация от практикантки была конфиденциальной.
— Не слишком хорошо, — выговорила я наконец.
— То есть она все еще в депрессии?
— По правде говоря, да. Я видела ее, она очень спокойна и молчалива.
— Бедняга, — вздохнул медик. — Она меня пугала до смерти, но я бы никому не пожелал подобного. Как ты думаешь, можно ее увидеть?
— Я думаю, тебе лучше спросить об этом Мартина, — засомневалась я. — Или Деза, вот он как раз идет.
Я помахала рукой индийцу. Он принес тарелку с карри.
— Скоро я отправлюсь на кухню и наконец научу их правильно готовить горячий карри, — заявил он. — Здесь всегда экономят на макаронах.
— Знаю, — согласилась я. — Жаль, что не ты наш повар. Дез, как ты считаешь, Стив мог бы навестить сестру Каттер?
— Почему нет? — улыбнулся индиец. — Если он сможет проскочить мимо сестры Хуппер.
— Ее сегодня нет.
— В таком случае пойду прямо сейчас, — решил Стейл. — Прежде чем меня запрягут в амбулатории мистера Кершоу. То есть теперь уже Виктории.
После ухода Стива Дез вопросительно посмотрел на меня:
— И как тебе все мы и наше отделение?
— Подожди! — взмолилась я. — Это совсем другой мир.
— Да. Как тебе Полли?
— Я считаю ее ходячим кошмаром, если хочешь знать правду. Она всегда себя так ведет? Что с ней такое?