Вскоре Ульрика и Хольманн спустились на плоское дно долины. Теперь только широкая полоса, заросшая травой, отделяла их от склепов вокруг фонтана. Ульрика остановилась, огляделась и двинулась к тыльной стороне одного из мавзолеев. Хольманн, пригнувшись, следовал за ней. Мавзолей тонул в зарослях лопуха и колючих роз, на стенах, как язвы лишая, светлели влажные пятна мха и плесени. Ульрика внимательно прислушалась, но и сзади, и спереди было тихо. Девушка обошла гробницу и по заросшей аллее направилась к следующему зданию. Добравшись до усыпальницы, охотники присели на корточки, чтобы осмотреться. Все здесь давно нуждалось в ремонте. По закопченным мраморным стенам бежали трещины. Статуи, что украшали гробницы, под воздействием дождя и ветра превратились в бесформенные глыбы. Тяжелые деревянные двери прогнили, медные — позеленели от времени. Но одна, ведущая в склеп прямо за фонтаном, оказалась распахнутой настежь. Черный проем напоминал разверстую пасть, и оттуда лилась тошнотворная вонь — она висела в воздухе густым облаком и маслянистой пленкой оседала на коже Ульрики.
— Это здесь, — сказала девушка, задыхаясь.
Хольманн кивнул. Рыцарь достал платок и повязал на лицо, чтобы хоть как-то защититься от смрада, проверил пистолеты и взвел курки, прежде чем вернуть пистолеты в кобуру.
— Готов, — сказал он.
Охотники прокрались вперед, миновали высохший фонтан и добрались до открытой двери. Ульрика не слышала внутри ни шороха, ни пульса. Но вампиры умели останавливать сердца и при желании соперничали неподвижностью с трупами. Ульрика и Хольманн встали по обе стороны от проема и снова прислушались. Ни звука не доносилось изнутри. Девушка жестом показала Хольманну оставаться на месте и заглянула в склеп. Там находилось квадратное помещение, каждая сторона не больше пяти шагов. На стенах висели медные таблички с выгравированными именами похороненных. В центре начинался спуск, ступени исчезали в темноте. Ульрика не обнаружила ни поджидающих упырей, ни вампиров — только кучи сухих листьев, наметенные ветром по углам, да следы грязных когтистых лап, которые тянулись к лестнице. Девушка двинулась к спуску, поманив Хольманна за собой. Остановившись у ступеней, они заглянули вниз. Трупная вонь била оттуда, как жар от печи. Лестница вела еще к одной открытой двери. Скорее всего, та находилась прямо под тыльной стеной мавзолея. На грязных плитках пола за дверью мерцали оранжевые отсветы пламени, мелькали неясные тени.
— Тут подземный этаж больше, чем надземный, — сказал Хольманн.
Ульрика кивнула и начала спускаться по ступенькам. Хольманн достал пистолет и последовал за ней. На полпути вампир снова напрягла чувства, пытаясь обнаружить противника. Теперь она слышала медленное биение сердец упырей.
— Пять или шесть, — пробормотала она. — Может, и больше.
— Да хоть сотня, я не убоюсь, — ответил Хольманн.
От самого входа открывался вид на остальную часть помещения, и Ульрика остановилась, чтобы осмотреться. Оно действительно оказалось больше мавзолея наверху. Так же как и в верхнем зале, на стенах висели медные таблички с именами усопших. Несколько величественных саркофагов стояли в ряд. Крышки гробов украшали изваяния древних рыцарей в полных доспехах — герои прошлого покоились, скрестив руки на груди. В каждой из боковых стен имелось по двери. Ульрика подошла к одной вплотную, чтобы получше рассмотреть обстановку. Мерцающий желтый свет исходил из дальнего конца комнаты. Там в грубом очаге горел костер, около него расположились совершенно чуждые этому месту лежбища из веток, на которых спали упыри. Однако у другой стены склепа стояла настоящая кровать с резным изголовьем и одеялами. На одной из стоек висел небрежно брошенный ночной чепец. Слева от ложа обнаружился письменный стол, заваленный бумагами и книгами, и даже чернильница с пером там была. Очень странно было видеть такие привычные вещи в склепе, в обиталище упырей. Еще более неуместным выглядел открытый гроб справа от кровати. Размер предполагал, что гроб сделан для орка или зверолюда — не меньше восьми футов в длину и четырех в ширину. Ульрика сглотнула, вспомнив чудовище, с которым они с Габриеллой сражались в противоестественном мраке, окутавшем особняк цехового мастера Альдриха. Домовина вполне подходила для пристанища этой твари. Но где существо сейчас? Ульрика стояла слишком далеко, чтобы заглянуть внутрь. Монстр вполне мог спать в гробу.