— Фамке! — завизжала Гермиона. — Иди сюда сию минуту!
Но Фамке решила иначе. Блондинка ловко пробралась к камину по стеночке, уворачиваясь от кипевшей в центре зала схватки, и оказалась рядом, как раз когда Ульрике удалось снова подняться на колени.
— Спасибо, — сказала Ульрика.
Девушка не ответила. Она опустилась рядом на колени и дернула кольца наручников в стороны. Ульрика присоединилась к усилиям, рывком разведя руки. Стальные края впились в запястья, разрывая плоть до костей, но вампир лишь надавила сильнее. Даже если ей суждено сегодня погибнуть, легкой добычей она не станет.
Ульрика глянула через плечо Фамке. Стригой ударил Родрика стулом, наотмашь съездил волчице по морде — ее отбросило так, что она врезалась в стену, и, сжав фон Цехлина в огромной руке, как куклу, оторвал его от пола. Рыцарь извивался; он мог пользоваться лишь одной рукой, но, чтобы держать меч, больше и не надо. Он ударил стригоя в плечо. Чудовище взвыло, оторвало руку рыцаря, все еще сжимающую меч, и отшвырнуло прочь, а затем раздавило грудь противника с той же легкостью, с какой мальчишка сминает хрупкое птичье гнездо.
Огромная волчица запрыгнула на спину стригоя и впилась в загривок. Монстр взревел, схватил ее обеими руками и содрал с себя, снова с силой швырнув Матильду в стену.
Алые глаза чудовища, горящие гневом, остановились на Ульрике, Фамке и Габриелле. Перешагнув через раненых и умирающих рыцарей Гермионы, чьи тела устилали пол, тварь двинулась к вампирам.
— Поторопитесь, дети, — тихо сказала Габриелла.
Ульрика глянула на свою цепь. Звенья ее начали разгибаться, но все еще не сломались. Она снова дернула.
— Фамке! — завизжала Гермиона, стоя в проеме двери. — Уходи оттуда!
— Ты, — прорычал стригой, указывая на Габриеллу. — Это ты ударила меня серебряным клинком! Ты умрешь первой.
Раскачиваясь на кривых ногах, чудовище двинулось вперед и потянулось к графине. С резким щелчком цепь, соединявшая кольца наручников Ульрики, лопнула. Девушка рванулась вперед, отпихнула Габриеллу, над которой уже нависали когти стригоя, выхватила из камина кочергу и воткнула ее в глаз врага.
Стригой попятился, кочерга вырвалась из рук Ульрики. Вампир выругалась, лишившись оружия. Чудовище завопило и схватилось за лицо. Ульрика рывком поставила Фамке на ноги и толкнула к двери в убежище.
— Иди! — крикнула она. — Иди!
Девушка бегом бросилась к Гермионе. В этот момент стригой вырвал кочергу из пробитой глазницы и отбросил, не глядя. По чистой случайности кочерга угодила в затылок Фамке. Девушка рухнула лицом вперед.
— Нет! — завопила Гермиона и бросилась к воспитаннице.
Ульрика растянулась рядом с Габриеллой на коврике у камина. Скованные руки графини все еще были сведены за спиной. Девушка ухватилась за цепь. Стригой опустился рядом с ними на колени, завыл и заплакал, поглаживая раненую глазницу.
— Простите, госпожа, — сказала Ульрика. — Будет больно.
— Просто сделай это, — прошипела Габриелла.
Ульрика встала коленями на одно кольцо наручников, прижав его к полу всем своим весом, и обеими руками рванула второе вверх. Габриелла закряхтела, когда ее запястья захрустели в суставах, но больше ничем не выдала боль.
Крутящийся рядом стригой нащупал одного из раненых воинов Гермионы. Заревев, он впился в шею рыцаря, сломав ключицу мощными челюстями, и принялся жадно пить. Человек закричал от боли. Позади зверя Гермиона тащила потерявшую сознание Фамке к тяжелой двери.
Ульрика еще раз дернула цепь, и та лопнула, ударив ее в лоб сломавшимся звеном. Девушка пошатнулась, потянув за собой Габриеллу. Тут же обе прыгнули в разные стороны, потому что стригой бросился на них. Лицо монстра походило на сплошную маску из крови, но глаз уже наполовину излечился.
— Сюда! — крикнула Габриелла, указывая на Гермиону, которая затаскивала Фамке в проем двери.
Ульрика побежала за графиней. Стригой остановился в паре дюймов от пламени в камине и развернулся к ним. Матильда, валявшаяся там, куда ее бросило чудовище, очнулась, приняла человеческий облик — от ее платья остались жалкие ошметки — и вместе с уцелевшим Родриком тоже бросилась к двери убежища. Гермиона как раз втащила Фамке внутрь. Когда все выжившие добежали до двери, Гермиона захлопнула ее прямо перед их носами. Габриелла с разбегу врезалась в толстые дубовые доски, заколотила по ним.