От волнения кожу Ульрики словно начало покалывать множество иголочек. Этот дом не построен вампирами и для вампиров — но переоборудован под их нужды. В этой стене когда-то зияло настоящее окно. Его все еще видно снаружи! Вопрос заключался в том, насколько надежно его закрыли?
Ульрика подняла кочергу, но остановилась. Это окно выходило на улицу. Разломав его, она неизбежно привлечет внимание. Ульрика бросилась в кабинет, окна которого выходили на задний двор. Да. На стене она обнаружила такие же неглубокие бороздки. Девушка хватила по этому месту кочергой. Штукатурка потрескалась и рассыпалась. Ульрика ударила еще раз, и в стене появилась дыра. Девушка уцепилась когтями за края дыры и рванула, отдирая гладкую крашеную облицовку. За ней обнаружились только обрешетка и щебень!
Ульрика обеими руками принялась выдирать прутья. Щебень, заполнявший полость в стене, посыпался на пол. Буквально в двух дюймах обнаружилась деревянная оконная рама. Ульрика ломала и крушила, пока не вырвала ее из проема. За ним стояла тонкая деревянная панель, выкрашенная в черный цвет. Ульрика отогнула край и выглянула наружу. Лунный свет хлынул в комнату. Окно выходило на каретный двор.
Ульрика протянула кочергу, не смея уже надеяться, и ткнула в ромбовидную панель. Кочерга пробила ее насквозь, раздался звон стекла. На это окно чары не наложены! Она свободна!
Ульрике так не терпелось покинуть дом, что она чуть не выпрыгнула в окно тут же, но она взяла себя в руки. Если она действительно собирается теперь жить сама по себе, к путешествию надо подготовиться. Девушка улыбнулась. Как мило со стороны Габриеллы предусмотрительно снабдить ее всем необходимым, тем, что ей понадобится в первую очередь!
Ульрика побежала обратно в гостиную. Там она сняла испачканные штукатуркой платья, облачилась вместо них в рубашку, черный бархатный костюм, кожаные сапоги и перчатки. Вся одежда идеально села по размеру. Затем девушка пристегнула прекрасный меч к поясу, засунула за него и кинжал. Она сняла с вешалки серый костюм, сложила его. Никакой сумы или чемодана у нее не было. Ульрика положила костюм в расправленную рубашку, стянула все концы, а рукава связала вместе и перекинула через плечо, как походную суму.
Что еще ей понадобится? Деньги. Ульрика побежала в комнату Габриеллы, обыскала комод и шкаф и забрала все драгоценности и украшения, какие нашла. Под шляпной коробкой она обнаружила небольшой железный сундук. В нем лежали пятьдесят золотых рейхсмарок. Она забрала и их, положила в кошель, висящий на поясе. Вот теперь можно отправляться. Часть ее хотела дождаться возвращения Габриеллы, просто чтобы открыто сообщить графине о своем уходе. Но там уже рассвет будет недалек, а к тому времени стоило оказаться как можно дальше отсюда и найти убежище на день.
Ульрика поспешила в кабинет, подошла к пробоине окна. Она выглянула во двор и тут заколебалась. Она поступала неправильно. Разве можно так обойтись с женщиной, которая спасла ее и помогла сделать первые шаги в ее новой жизни? Назад дороги не будет. А кто знает, что ждет ее впереди? Может, смерть настигнет ее с сегодняшним рассветом. Ульрика пожала плечами и пинком разбила стекло. Лучше умереть свободным, чем жить в клетке.
Она прыгнула во двор. Ночной ветер взъерошил волосы. Радостное волнение охватило ее, и она отбросила последние сомнения. Ульрика миновала каретный дом, направляясь к забору. Теперь нужно выбраться из Нульна. Если бы только она могла попрощаться с Фамке перед отъездом!
Ульрика остановилась. Почему же — попрощаться? Разве Фамке не говорила, что тоже хочет сбежать? Дико расхохотавшись, Ульрика перепрыгнула через забор и помчалась по спящему Альтештадту к особняку Гермионы.