Тут Ульрика осеклась. Куда она хочет пойти? Чем мечтает заняться? Кем жаждет стать? Все ее мысли сконцентрировались на побеге, и до этого момента она не успела толком подумать, как распорядится своей свободой, когда получит ее.
Пока Ульрика полагала, что они с Фамке сбегут вместе, у нее теплилась некая смутная идея уйти и начать новую жизнь с подругой вне рамок ламийского сестринства. Но в детали она не вдавалась, в голове мелькали просто картинки — вот они скачут по извилистой дороге на паре боевых коней, спят на сеновале фермы и находят тихое место, где могут спокойно жить. Вся эта чепуха, почерпнутая из романов, не имела никакого отношения к действительности, как теперь осознала Ульрика.
По палубе над ее головой застучали сапоги матросов, раздались грубые голоса, заскрипела лебедка, и бочки опустились в трюм. За ними сошли матросы, чтобы перекатить их и расставить по местам. Отлично. Чем быстрее они закончат, тем быстрее корабль снимется с якоря.
Ульрика вернулась к прерванным раздумьям. Теперь, когда она сама по себе, она понятия не имела, чем заняться и куда пойти. Девушка даже не знала, куда направляется судно.
Не двинуть ли ей в Альтдорф? Она никогда не бывала в столице Империи раньше и всегда хотела увидеть этот город. Или, может, вернуться в Мидденхейм, тем более что с правителем его Ульрика знакома? Хотя вряд ли. Это знакомство она возобновить не сможет. Жители Мидденхейма самые суеверные и фанатичные из имперцев, вампиру там придется несладко. Или уехать из Империи вообще? Эта мысль показалась Ульрике привлекательной. Она могла отправиться в Мариенбург, Бретоннию или Тилию. Там тепло, и там ее никто не знал. Можно начать жизнь заново.
И тут с внезапной ясностью Ульрика осознала, куда она хочет — и должна — отправиться. Ее обращение в вампира и обучение новым возможностям, кошмарное явление Мурнау и убийства сестер-ламиек заставили Ульрику почти позабыть о том, что было ценно для нее, когда она была человеком, но теперь она снова свободная женщина. Теперь она имеет право делать то, что сама считает важным. А для Ульрики нет ничего важнее защиты родной страны.
Кригер выкрал ее из Прааги, когда осаждавшие город армии Хаоса в беспорядке отступили ввиду надвигающейся зимы. Но совершенно очевидно, что весной они вернутся, и на этот раз с гораздо более серьезными намерениями. Уже наступил Ярдрунг, до весны осталось меньше двух месяцев. Если Ульрика отправится на север прямо сейчас, она успеет как раз вовремя, чтобы помочь защитникам города в предстоящей им битве.
Эта мысль заставила Ульрику улыбнуться. Теперь она сильнее, быстрее и смертоноснее, чем когда-либо в самых смелых своих мечтах. Сражаться вместе с людьми на стенах Прааги она не сможет, конечно, но она сделает кое-что получше.
Она проберется ночью во вражеский лагерь и перережет глотки командирам. Она превратит их войска в безмозглых доноров, которые станут слушаться каждого ее слова — а не их. Она займется саботажем, шпионажем, убийствами и утопит свою боль в крови на поле битвы. Отличный план!
Конечно, отправиться в Праагу рискованно — и опасность заключается не только в прямой угрозе ее жизни. Феликс, Готрек, Снорри и Макс Шрейбер наверняка вернулись туда после того, как оставили Ульрику в Сильвании на попечении графини Габриеллы. Тогда Готрек чуть не убил Ульрику. Если они снова столкнутся лицом к лицу, Истребитель может не устоять перед искушением довести дело до конца. Да и Феликс с Максом… Она любила обоих и все еще вожделела, и мысли о них согревали ее душу. Но теперь желание Ульрики шло рука об руку с жаждой пить кровь и разрывать мягкие тела на куски. Ей не раз снилось, что она занимается любовью — то с Феликсом, то с Максом. Заканчивались сны всегда одинаково — Ульрика разрывала любовнику горло и выпивала его кровь досуха. Если они действительно встретятся, не произойдет ли с Максом или Феликсом именно это?
Однако, несмотря на рискованность затеи, Ульрика очень хотела снова встретить старых друзей. Суровый карлик, магистр, неистово любящий жизнь во всех ее проявлениях, и меланхоличный поэт долго были ее верной опорой и поддержкой. Они давали советы, утешали и подавали пример своим поведением. Они практичные люди широких взглядов, не теряющие присутствия духа в самых сложных ситуациях, они по-настоящему смелые, в отличие от большинства жителей Империи и Кислева. Разве Готрек не оставил Ульрику в живых, несмотря на то что, с его точки зрения, она теперь чудовище? Разве Феликс не заключил с графиней союз против Кригера, хотя он знал, что Габриелла — вампир?