Эту мысль требовалось обдумать как следует. Возможно, на выходе из таверны ее ожидает засада. Отлично. Кровь Ульрики бурлила. Если они хотят драки — она с радостью примет бой. Повергнув противника, Ульрика сможет жить той жизнью, правила которой определила сама, а не подчиняться законам очередного клана.
Ульрика встала и направилась к выходу, когда услышала у задней двери тяжелое буханье сапог. Она повернулась. Их было пятеро, все — мужчины очень сурового вида, под предводительством щеголеватого блондина. Его бархатный картуз был лихо надвинут на один глаз, и взгляд голубых глаз отливал холодом. Посетители расступались перед ними, бармен чуть не уронил кружку, которую держал в руках.
Ульрика выругалась про себя. Как не вовремя заявились бандиты! Что же ей теперь делать?
Щеголь облокотился на стойку и улыбнулся бармену.
— Добрый вечер, Басилович. Как идут дела?
Бармен попятился.
— Я уже заплатил Шанскому вчера вечером, Кино. Это все видели.
Кино небрежно отмахнулся.
— Да, да. С этим все в порядке. Только вот говорят, что Шанского убили сразу после того, как он от тебя вышел. Знаешь что-нибудь об этом?
Бармен побледнел.
— Ничего, Кино. Ничего. Клянусь тебе. Он был жив-здоров, когда мы простились. Любого спроси.
Кино, кивая, обвел зал взглядом.
— Может быть, кто-то вышел сразу за ним? Или Шанский повздорил тут с кем-нибудь?
Бармен покачал головой.
— Нет, не было никакой ссоры. Клянусь тебе. Но я слышал, Григо — ну этот, хозяин «Мужицкого труда» — видел, как на Шанского кто-то напал, а потом улетел в ночь.
Кино закатил глаза.
— Да, мы говорили с Григо. Такое ощущение, что он облился своим пойлом.
Кино вздохнул, подошел к ближайшему столу, взобрался на него и топнул, привлекая внимание.
— Эй! — крикнул он и добавил, повернувшись к слепой девушке. — Перестань бренчать, девчушка. Я говорю.
Певица сбилась с ритма и замолчала. Внимание всех собравшихся сфокусировалось на Кино.
— Вы все знаете, что произошло прошлой ночью. Что ж, мой хозяин хорошо заплатит, чтобы понять, кто это сделал. Только шепните мне на ухо — и миленький маленький кошелечек с деньгами ваш.
Кино покивал для убедительности.
— Это, наверное, и все. Вы все знаете, где меня найти. Играй, девчушка.
Кино слез со стола. Певица осторожно продолжила песню с того места, где ее прервали. По комнате поползли шепотки.
Кино уже повернулся, чтобы уйти, но бросил последний взгляд на бармена.
— К тебе тоже относится, Басилович. Если вспомнишь что — считай, деньги у тебя в кармане. Но если ты кого-то покрываешь…
Кино провел ребром ладони по горлу, а затем ловко выпрямил руку так, словно с самого начала собирался небрежно отсалютовать на прощанье, и двинулся к задней двери.
На этот раз бармен уронил кружку.
Ульрика заколебалась, переводя взгляд с главного входа на заднюю дверь. С одной стороны, не очень разумно прямо сразу бросаться в погоню за Кино. С другой — тот вампир с длинными волосами мог подкарауливать ее у главного выхода. Вдруг он попытается помешать ей настигнуть Кино. Ульрика пожала плечами и направилась к главному выходу, сжимая рукоять меча. Если он там, что ж, пусть проявит себя. Она вобьет его клыки в его же горло и отправит его хозяевам.
Но темная фигура не шагнула навстречу из тьмы, когда Ульрика вышла на улицу. Она глянула на крышу, в тень — но никого не заметила. Может, она ошиблась? И тот чернявый типчик просто студент? Сейчас Ульрике некогда с этим разбираться. Ей есть на кого поохотиться. Вампир поспешила к узкому проходу, которым воспользовалась и накануне вечером, и вышла на аллею, которая находилась за «Голубым кувшином».
Она услышала голос Кино и остановилась на углу.
— Кто-то недоговаривает, — произнес Кино. — Кто-то что-то знает, и я собираюсь выяснить кто.
— Ну а если это и правда вампир, Кино? — спросил кто-то из бандитов.
— Ты когда-нибудь слышал, чтобы вампир забирал не только кровь, но и кошельки? — возразил Кино. — Это окажется маленькая банда, которая пытается замести следы, устроив резню, попомни мои слова. А теперь пошли. Давай попробуем узнать у мадам Ольнешской. Она всегда в курсе всех сплетен и слухов.
Ульрика юркнула в тень, пропустила Кино и его мордоворотов, дала им отдалиться и скользнула следом, бесшумная, как кошка. Ее охотничьи инстинкты вопили, что надо прыгнуть на бандитов сзади и немедленно разорвать их на кусочки, но она сдержалась. Конечно, можно убить их всех и наесться, но тогда она не сможет достигнуть цели — не найдет их хозяина. Вот чьей крови она напьется, а потом прикончит его. Остальных добьет позже, на досуге.