— Это вампир! — крикнул колдун.
— А я что говорил? — ответил культист, который в драке не участвовал и прятался за колдуном. — Что я вам всем говорил!
Ульрика вспорола живот противника одним крутящимся ударом слева и толкнула другого в кресло. Но прежде, чем она успела его проткнуть, колдун что-то гортанно выкрикнул. Вампира внезапно парализовал приступ мучительного наслаждения. Мощные волны болезненного удовольствия пронзили ее тело, прокатываясь по рукам и пульсируя между ног. Девушка пошатнулась и уперлась спиной в стол.
Последний противник оправился и набросился на Ульрику. Он выбил рапиру из ее дрожащей руки и нанес глубокую рану в бедро. Девушка крепко ухватилась за клинок, впившийся в ладонь и разрезающий плоть, и попыталась воткнуть кинжал в горло культиста. Он успел перехватить ее запястье, и так они и застыли в противостоянии, каждый пытался пересилить хватку другого. Это выглядело нелепо. Ульрика была раза в два сильнее его, но мучительный экстаз, охвативший ее, сделал ее слабой, как дитя.
— Я не знаю, почему ты хочешь нас уничтожить, кровососка, — сказал колдун, подходя к заблокировавшему Ульрику культисту. Левая рука чародея мерцала пурпурным пламенем. — Но даже лучшие из вас, самые опасные из детей ночи, никогда не возьмут верх над детьми бога удовольствия. Наш хозяин победит. Наша королева воцарится!
Языки пламени, плясавшие на его пальцах, взвились выше. Ульрика знала, что сейчас произойдет, но предотвратить это не могла. Как не могла выпустить из рук меч или вырвать другую руку из хватки культиста.
Колдун поднял руку. Фиолетовое пламя взревело. Но в тот миг, когда колдун собирался швырнуть его в Ульрику, стекло в окне за его спиной взорвалось. Фигура в сером и черном влетела в комнату в потоке осколков и приземлилась среди тел.
Колдун обернулся и удивился.
— Еще одна тварь! — Он обрушил на незнакомца огненный шар.
Мужчина ловко взмахнул перед лицом полой серого плаща, поймал пылающий шар и отбросил, погасший, в сторону. Культист вырвал меч из руки Ульрики и бросился на нового врага. Ульрика рухнула на пол, корчась от мучительного наслаждения. То, что произошло после, она слышала не больше, чем видела.
Яростный рык, крик боли, и культист отлетел на пол, зажимая рану на груди, из которой хлестала кровь. Темная фигура двинулась к колдуну.
— Сгори, вампир! — закричал колдун, воздевая руки.
Нападавший немедленно бросился на пол. Потоки темно-фиолетового пламени просвистели, взметнувшись над его головой. Стены и мебель запылали. Незнакомец поднялся и прыгнул на колдуна, тот попятился, разбрасывая пламя налево и направо, и бегом бросился к лестнице.
— Брат, не оставляй меня! — закричал культист, который не участвовал в схватке, предусмотрительно затаившись в углу.
Снизу донесся хохот колдуна. Хлопнула дверь. Рев пламени, пожирающего комнату, все нарастал. Незнакомый вампир попятился от его языков. Он опустился на колени рядом с Ульрикой и перевернул ее лицом вверх. Ульрика прищурилась, глаза жгло как огнем. Это был вампир из «Голубого кувшина». Тот, кто с соседней крыши наблюдал за их поединком с Раисой.
— Стоять сможете? — спросил он.
Ульрика кивнула. Он поднял ее, и она вздрогнула от боли. Наслаждение, лишающее сил, испарилось, и теперь выяснилось, что боль в раненом бедре и руке невыносима. Ульрика оперлась о стол, чтобы не упасть, и отдернула ладонь — стол тоже пылал. Вокруг ревело пламя, горело все: стены, ковер, лестница, гроссбухи на полках. Нестерпимый жар накатывал тяжелыми волнами.
Вампир подошел к культисту в углу. Тот свернулся клубочком и кашлял от дыма. Вампир поднял его. Человек закричал и начал сопротивляться, но вампир просто ударил его и подтолкнул в сторону Ульрики.
— Ешьте, — сказал он.
Ульрика схватила культиста за горло и прижала к бокам его руки, которыми он бессмысленно размахивал.
— Но огонь… — заколебалась она.
— Вам нужна сила, — отрезал вампир. — Быстрее давайте.
Ульрика сорвала капюшон и вуаль с бьющегося в ее руках культиста, с силой впилась в его шею и застонала от облегчения. Вампир прав. Боль в раненом бедре утихла, энергия наполнила ее тело вместе с кровью, разливающейся по нему. Хотя Ульрика досыта напилась крови лидера культистов на квасокурне, схватка за жизнь с ламией Раисой и чары колдуна истощили ее сильнее, чем она полагала. Она сильно сжала пульсирующую вену.