Раиса осыпала манекен ударами со своей обычной молниеносной точностью. Она отбила деревянный шест, торчащий из его груди, ткнула мечом и, едва манекен перестал качаться после первого удара, пронзила его еще раз.
— Госпожа, я так рада, — улыбнулась Ульрика, подходя к ней. — Вы уже полностью оправились от ранения!
Раиса нанесла последний удар в горло манекена, повернулась и поклонилась.
— Не полностью, — сказала она и подняла левую руку.
Ниже локтя она заканчивалась культей. Ульрика в ужасе уставилась на обрубок. Движения Раисы, сражавшейся с манекеном, были такими точными, что отсутствия части руки Ульрика даже не заметила.
— Госпожа, я… извините. Я не…
— Не извиняйтесь, — ответила Раиса. — Я лишилась половины руки, но, если бы не вы, сестринство лишилось бы меня. Как я уже сказала, я этого не забуду.
Ульрика смущенно опустила взгляд.
— Эта рана не исцелится? Рука не восстановится заново?
Раиса покачала головой.
— Боярыня Евгения — искусная колдунья и целительница, и она использовала все, что знает, чтобы восстановить руку. Но не смогла. Черный нож — смертельное оружие.
— Так и есть, — ответила Ульрика. — Я кое-что о нем разузнала и как раз пришла предупредить о нем — и о мужчине, которому он принадлежит, — нашу боярыню Евгению.
— Тогда вам надо подождать, пока она выйдет к нам, — ответила Раиса.
Она поставила деревянный тренировочный меч, взяла саблю и обрубком руки прижала ее к своему боку.
— Пока разомнемся, может? В моем новом… состоянии мне надо привыкнуть иначе удерживать равновесие.
— Это будет честью для меня, — ответила Ульрика.
Она расстегнула дублет, сбросила его движением плеч и отстегнула пояс, вытащив рапиру. Раиса достала саблю из ножен, позволив им упасть на пол. Они вышли на середину бальной комнаты, отсалютовали друг другу и встали на изготовку.
Раиса приподняла бровь.
— Имперская стойка и тилийский меч. Вы разве не с северных окраин?
Ульрика ухмыльнулась.
— Да. Но некоторое время меня обучал опытный фехтовальщик из Империи, и я освоила кое-какие южные приемчики.
— Очень хорошо, — сказала Раиса. — Посмотрим, помогут ли они вам.
С этими словами она ринулась вперед, целясь прямо в сердце Ульрики. Та проворно опустила руку, отбила удар рукоятью и резко развернула меч, целясь в горло Раисы. Та парировала клинком и обрушила его на плечо Ульрики. Та отпрыгнула, не в силах иначе уйти из-под атаки.
С одной рукой Раиса, как сразу выяснилось, дралась ничуть не хуже, чем с двумя. Двигалась она так же быстро и проворно, клинок ее было так же легко поймать, как и молнию. Не успевала Ульрика отбить один удар, Раиса уже наносила другой.
Тут Ульрика заметила слабое место мечницы. Раиса блокировала удары справа слишком далеко от себя, на мгновение оставляя корпус без защиты. Ульрика атаковала три раза подряд, все время смещая удар правее, а на четвертый раз ее меч проскользнул под мечом Раисы. Ульрика атаковала противницу в живот.
Раиса, словно молотом, ударила гардой сабли по рукояти меча Ульрики. Та обнаружила, что клинок упирается ей прямо в грудь. Она застыла на месте. Раиса заманила ее в ловушку, в реальном бою Ульрика уже была бы мертва.
— Какая умная ловушка, — сказала она. — А я, такая глупая, попалась на этот трюк.
— Не глупая, — ответила Раиса. — На эту приманку можно поймать только очень хорошего фехтовальщика. Менее опытный боец вообще не заметил бы ее — и не попался бы.
— Тогда мне придется стать более чем хорошим бойцом, — заметила Ульрика.
Раиса убрала лезвие от ее груди, и вампиры разошлись.
— Интересно, на что вы ловите таких фехтовальщиков.
Мечница улыбнулась.
— О, у меня было много лет, чтобы выучить великое множество трюков, — сказала она. — И у вас будет достаточно времени, чтобы тоже выучить их.
— Жду с нетерпением.
Они снова встали на изготовку, но Ульрика опустила меч. Женщины-воины встречались редко, и ее распирало от любопытства.
— Простите мою назойливость, — сказала Ульрика. — Но как вы познакомились с этим искусством… и с боярыней?
На скулах Раисы перекатились желваки, и Ульрика испугалась, что зашла слишком далеко и сейчас от хрупкого дружелюбия, установившегося между ними, не останется и следа. Но Раиса ответила ей: