— А, — сказал Штефан. — Имена у них необычные.
Ульрика засмеялась и двинулась к выходу со двора.
— Знали бы вы, как они предпочитают развлекаться… Пойдемте, я помню, где они живут.
Добравшись до особняка Ещенко, Ульрика и Штефан внезапно обнаружили, что дом оцеплен городской стражей, а вокруг него, распевая молитвы и заклинания, ходят жрецы Урсуна и Дажа. Мужчины, одетые как обычные граждане, но в одежду темных тонов, сновали туда-сюда, вынося из дома книги, бумаги и сундуки.
«Так это же чекисты Ледяной Царицы», — подумала Ульрика, а Штефан заметил:
— Судя по всему, мы немного опоздали.
— Да, — согласилась Ульрика, осматривая улицу.
Хозяева соседних особняков осторожно выглядывали из-за занавесок, но слуги их не так сильно опасались скомпрометировать себя интересом к происходящему. Они небольшими группками собрались у ворот нескольких домов, наблюдая за происходящим и перешептываясь.
Ульрика оставила Штефана и подошла к трем девушкам, скорее всего, посудомойкам или горничным — они стояли у ворот дома напротив.
— Что тут за суета, девочки? — спросила Ульрика. — Что случилось у Ещенко?
— О, нам не следует говорить об этом, — сказала кругленькая темноволосая девушка. — Сплетничать нехорошо.
— То есть их арестовали? — уточнила Ульрика.
— О нет! — воскликнула худая блондинка. — Убили! Притом в Новограде!
— В Новограде? — переспросила Ульрика.
Ей не потребовалось особых усилий, чтобы изобразить безмерное удивление, — новость и правда шокировала ее. Когда Ульрика и Раиса покинули храм Сальяки, последовав за лидером культистов, никаких признаков надвигающейся беды заметно не было. Не случилась ли там после их ухода потасовка?
— Что они там делали?
Три служанки испуганно переглянулись.
— Всякие гадости, — наконец ответила третья из них — тоже темноволосая, но крепко сложенная девица. — Это кучер Юра так говорит. Стражники нашли обоих Ещенко мертвыми в их собственной карете недалеко от места, где они занимались черной магией.
— Грязные демонопоклонники, — прошипела кругленькая девушка.
Ульрика нахмурилась.
— Мертвыми в карете, — пробормотала она под нос, а вслух произнесла: — А с чего стражники взяли, что Ещенко занимались черной магией?
— На них были странные мантии и маски, — сообщила тощая блондинка. — По крайней мере на Романе, а на теле его жены, под одеждой, нашли странные отметины.
— А я всегда знала, что она ведьма, — сварливо сказала крепкая девушка. — Вы бы только видели, как она с ним обращалась. Как будто ухватила за женилку и тащит за собой.
Девушки принялись с жаром перемывать кости мадам Ещенко. Ульрика потихоньку отошла и вернулась к Штефану.
— Оба мертвы, — сказала она. — И их принадлежность к культу раскрыта.
— Как это произошло? — спросил Штефан.
— Их нашли в карете, убитыми. На Романе были плащ и маска культиста, на Долшиниве — нет.
— Вы считаете это важным? — спросил он.
— Да я вот все думаю, где Кирай раздобыл одежду культиста, — ответила Ульрика.
Штефан кивнул.
— Да, может, как раз с Долшинивы и снял.
Он вздохнул и снова посмотрел на особняк Ещенко.
— Но вряд ли мы теперь узнаем тут что-нибудь о виоле, — сказал он.
Ульрика вздохнула.
— Да. Ее вообще уже могли выкрасть из тайника. Я боюсь, мы упустили шанс.
Штефан нахмурился в задумчивости.
— Может, да, а может, и нет. Я так легко не сдамся. Праага — город, где царствует музыка; наверняка кто-то еще знает про эту виолу.
Ульрика улыбнулась.
— Вы правы.
Она повернулась на восток, в сторону района Академии.
— И я знаю, с чего начать. Пошли.
Не успели они миновать Башню Чародеев, как где-то на середине Карлова моста Ульрика поняла, что снова хочет есть.
Ульрика и Штефан обошли пять магазинов музыкальных инструментов, прежде чем нашли хоть кого-нибудь, слышавшего о Виоле Фьеромонте. Этим пятым магазином была лавка Ярока Гурина, седого старика, мастерившего скрипки, виолончели, балалайки и мандолины. Телосложением Ярок напоминал бочку и выглядел как кузнец, могучими руками подковывающий лошадей, а не как мастер, из рук которого выходят изящные инструменты. Запах его крови говорил об энергичности и силе, Ульрике приходилось сдерживаться, чтобы не облизнуться. Скоро, скоро ей придется поесть — но не сейчас. Сначала нужно найти скрипку.
— Да, госпожа, — прохрипел Ярок.