Евгения долго молчала, затем в волнении раскрыла веер.
— Они могут преуспеть, — сказала она. — Это полное безумие, но эти культисты могут добиться своего.
— Могут, если вы ничего не предпримете, госпожа, — сказала Ульрика.
Евгения бросила на нее сердитый взгляд, но в глубине ее глаз Ульрика увидела страх.
— Что я могу сделать? Чего вы от меня добиваетесь?
— Нужно отменить концерт, — сказала Ульрика. — У вас есть связи при дворе. Шепните кому нужно, что герцог рискует жизнью, если появится на концерте. Они не смогут этого допустить. После этого надо найти логово культистов, уничтожить виолу и отослать демона обратно в Царство Хаоса.
Евгения засмеялась.
— Дитя, вы сошли с ума!
Она закрыла веер.
— Изгонять демонов? Привлекать внимание агентов царицы? Я даже не знаю, что опаснее, но ни тем, ни другим заниматься не собираюсь.
Ульрика не могла больше держать себя в руках.
— Разве вы не ламия? Не мастерица тайных интриг и заговоров? Я же не прошу вас самой заняться этим! Пошлите верных доноров или других слуг — так, как вы обычно и делаете!
Галина и Раиса смотрели на Евгению так, словно тоже хотели подтолкнуть ее к действиям, но боялись открыть рты. Боярыня резко поднялась и подошла к пустому камину. Каждое ее движение было напряженным и жестким.
— Это тоже рискованно, — произнесла она. — Одно дело — отправить подарок герцогу через посредника с предположением, что один человек больше подходит на должность капитана стражи, чем другой. И совсем другое — попросить этого посредника шепнуть, что жизнь герцога в опасности. Людей, которые говорят такие вещи, чекисты ведут в кабинеты для допросов. И спрашивают, откуда им это известно. И вся верность на крови не поможет донору удержать рот закрытым, когда сковородки раскалятся докрасна.
Она хлопнула веером по юбке.
— Раньше я шла на такой риск, когда единственной альтернативой были разрушение и гибель всего, но сейчас…
— Гибель и разрушение — это как раз единственная нынешняя альтернатива, госпожа! — воскликнула Ульрика. — Я знаю, вы не любите рисковать. Вы здесь все устроили на свой вкус. Вы не хотите подвергать опасности то, чего добились таким трудом. Но разве вы не видите, что риски в случае, если ничего не предпринять, выше, чем если чуть-чуть вмешаться?
— Не знаю, — ответила Евгения, терзая когтями веер. — Я не знаю. Возможно, самый разумный вариант — на время уехать в Кислев. Наши сестры охотно примут нас, пока здесь все не разрешится само собой.
В груди Ульрики вскипел гнев. При всем своем холодном достоинстве и убежденности в превосходстве боярыня Евгения оказалась слишком труслива даже для того, чтобы защищаться.
— Госпожа, — процедила Ульрика сквозь зубы. — Думаю, королева Серебряного пика вряд ли одобрит, если вы покинете…
Евгения ахнула и огляделась. Ульрика замолчала, решив, что вела себя слишком резко. Но боярыня смотрела не на нее, а на дверь.
— Они здесь! — воскликнула боярыня, выкрикнула заклинание и прочертила в воздухе сложный жест.
Галина вскочила с кресла, ее кукольные глаза расширились.
— Кто здесь, сестра?
— Сколько их? — спросила Раиса.
Из коридора донеслись разноголосое рычание, визг и хлопанье крыльев. Им аккомпанировали испуганные крики людей и лязг металла.
Евгения ударила Ульрику веером.
— Идиотка, вы притащили их на хвосте! — прошипела она. — Вы втянули нас в свою глупую войну!
— Госпожа, я не знала, — сказала Ульрика. — Я…
Евгения обратилась к охранникам:
— Идите! Вон отсюда! Защищайте вход!
Солдаты бросились к двери и высыпали в коридор. Когда они открыли дверь, звуки битвы стали громче. Ульрика узнала голос, выкрикивавший странные слова, — Горбатый тоже пришел сюда. По мере того как он читал заклинания, гнев в криках немертвых животных сменился болью, а испуганные вопли культистов — смехом. Воины Евгении захлопнули дверь, приглушив звуки.
— Они сильны, — проворчала боярыня и поманила Галину к себе. — Начнем, сестра.
Галина поспешила к ней, на ходу впиваясь когтями в свои ладони. Евгения сделала то же самое, и, когда они взялись за руки, прижав рану к ране, их кровь смешалась. Они закрыли глаза и начали негромко бормотать хором. Красные завитки тумана поплыли вокруг них, скрывая силуэты вампиров.
Гневные крики и тяжелые удары раздавались уже прямо за дверью в коридор. Похоже, что люди Евгении в последней попытке отстоять ее умирали уже совсем рядом.
— А вы — со мной, сестра, — сказала Раиса, быстро шагая к двери.