Ульрика внутренне согласилась с такой оценкой ситуации. Прелестная маленькая скобка не смогла бы руководить и поющим хором, не говоря уже о тайном братстве. Единственное, что она хорошо умела, — устранять конкурентов со своего пути. Ульрика глянула на обратную сторону визитки, где Отилия нацарапала адрес Альдриха. Быть нянькой при цеховом мастере? Это очень скучно.
— И свора ее комнатных пуделей никаких следов в борделе не найдет, — хмуро сказал сидевший рядом с камеристкой Родрик. — Они будут слишком озабочены, чтобы не посадить пятнышко на свои сияющие сапоги.
Он подался вперед.
— Позвольте мне отправиться туда, госпожа. Рана меня почти не беспокоит. Я в форме. Если там есть что найти, я найду.
Габриелла задумчиво посмотрела на него, затем ободряюще похлопала его по руке.
— А вы это хорошо придумали, Родрик. Кто-то обязательно должен туда сходить, но эта работенка не для вас.
Родрик почти оскорбился.
— Не для меня? Почему же? Я ваш паладин. Кто лучше меня подходит для этого задания?
— Как раз в том, что вы — мой паладин, и заключается проблема, — пояснила Габриелла. — Эти, как вы говорите, комнатные пудели Гермионы могут заметить вас там и донести своей госпоже, что я ослушалась ее приказа. Мне нужен не рыцарь, а шпион. Кто-то, кого они не знают в лицо.
Сердце Ульрики подпрыгнуло от внезапной надежды.
— Госпожа, — сказала она.
Габриелла повернулась к ней.
— Да, дитя?
Ульрика стащила с головы парик с темными локонами, обнажив коротко остриженные светлые волосы.
— Люди Гермионы видели вашу протеже с длинными волосами. Но не меня.
Глаза Габриеллы расширились, и улыбка скользнула по ее губам, но тут же растаяла.
— Нет, я не могу отправить туда тебя, — сказала графиня. — Ты еще не готова. Столкнувшись с опасностью, ты можешь устроить там такую кровавую баню, которая убийце и не снилась.
— Госпожа, я обещаю… — взмолилась Ульрика.
— Ты и раньше обещала, — перебил Родрик. — И закончила, купаясь в крови.
Габриелла тяжело посмотрела на него.
— Устраивать ей взбучки должна я, герр, а не вы.
Родрик угрюмо склонил голову.
— Да, госпожа.
Ульрика не стала препираться с рыцарем, чтобы не сердить Габриеллу — это сильно снизило бы шансы получить желанное поручение.
Графиня долго молчала, глядя на ночной город, проносящийся за окнами кареты. Наконец вздохнула.
— Но я должна знать. Выбора нет.
Она повернулась к Ульрике.
— Очень хорошо. Отправляйся к борделю.
Родрик хмыкнул. Ульрика подавила радостную улыбку.
— Благодарю, госпожа. Вы не пожалеете о своем решении!
— Тихо, девочка, — осадила ее Габриелла. — Ты пойдешь, но будешь играть по моим правилам, ясно? Станешь передвигаться скрытно — во время всего пути. Ты не ввяжешься в бой. Ни с кем, даже с убийцей, если вдруг наткнешься на него, — ну разве что тебе придется сражаться за свою жизнь. Нельзя сосать кровь по дороге. В разговоры не вступай, только при крайней необходимости. Как только осмотришь все, что можно, немедленно возвращайся. Это — задание, а не приглашение прогуляться по Нульну или порезвиться в нем. Тебе все понятно?
Ульрика почтительно кивнула:
— Да, госпожа. Я все поняла. Я не разочарую вас.
— Не сомневаюсь, — сказала Габриелла, но тут лицо ее исказила гримаса горького разочарования. — Погоди. Это все равно может не сработать. Ты не можешь отправиться туда в этом платье, а в одежде Родрика просто утонешь. В чем же тебя отправить?
— Не волнуйтесь, госпожа, — улыбнулась Ульрика. — Я взяла с собой свою старую одежду.
Не доезжая до дома цехового мастера Эггерта Альдриха, Габриелла дала кучеру знак остановить карету и обратилась к Родрику и Лотте:
— Здесь мы должны расстаться. Наймите другую карету, чтобы увезти ваш багаж, и найдите ближайшую гостиницу. Я свяжусь с вами завтра вечером, когда буду знать толком, что у них тут происходит.
— Но, госпожа, — возразил Родрик. — Я ваш телохранитель. Я не должен оставлять вас одну.
— А кто оденет вас, миледи? — спросила Лотта.
— Простите, Родрик, — сказала Габриелла. — Сейчас моя задача — покорить Альдриха, проложить тропку в его сердце и дом. И пока я этого не добьюсь, у него и мысли не должно возникнуть, что есть другой претендент на мое собственное сердце. Ульрика же временно изобразит мою служанку, это ненадолго, Лотта. В данный момент шпионка нужна мне больше, чем камеристка. Теперь идите, оба. Я скоро пришлю за вами.
Родрик бросил мрачный взгляд на Ульрику и вышел, так толкнув дверцу кареты, что чуть не вышиб ее. Лотта грустно склонила голову и последовала за ним. Оказавшись на заснеженной улице, рыцарь холодно поклонился Габриелле.