Ульрика кинулась к экипажу и замерла посреди улицы, загородив карете дорогу.
— Стой! — рявкнула она, постаравшись изобразить мужской голос. — Именем Храма Зигмара!
Глаза возницы тревожно расширились, он рванул поводья, почти подняв задравших головы лошадей на дыбы.
Обращаясь к кучеру, Ульрика нарочно пониже опустила голову, чтобы он не увидел под шляпой ее лица.
— Мне нужна эта карета для исполнения храмовых обязанностей. Ты отвезешь меня в Альтештадт!
Из окна экипажа высунулась лысая голова и недовольно огляделась. Богато одетый мужчина носил на шее золотую цепь чиновника гильдии.
— В чем дело? — рявкнул он. — Петр! Почему мы остановились?
Ульрика рывком распахнула дверцу, выволокла крикуна за ворот и взобралась в экипаж с Фамке на плече раньше, чем оттолкнутый чиновник плюхнулся лицом в грязь. В этот момент дюжина фаулештадцев вывернула из-за угла и побежала к ним, вопя кучеру: «Стоять!» Шенк упрямо хромал сзади, на ходу перезаряжая пистолет.
— Гони! — крикнула Ульрика, уложив Фамке на кожаную скамью. — Это сектанты! Они убили много охотников на ведьм!
— Но… — начал возница.
— Гони! — заорала Ульрика. — Или ты и сам сектант? Мешаешь храмовнику ордена Серебряного Молота исполнять долг?
— Нет! Нет! — охнул кучер и от души хлестнул лошадей, но только они тронулись, подоспели фаулештадтцы. Ульрика распахнула дверцу и принялась дико рубить тех, кто пытался запрыгнуть на подножку. Толпа отстала, но, когда карета повернула на север, вампир увидела целившегося в нее Шенка. Она пригнулась, и пуля лишь расщепила дверной косяк. А потом они были уже далеко, и лошади все набирали скорость.
Откинувшись на спинку сиденья, Ульрика перевела дух, посмотрела на Фамке — и с трудом сглотнула подкативший к горлу комок. Лицо ее, выглядывавшее из-под тяжелого кожаного пальто охотника на ведьм, превратилось в черный сморщенный череп. Зубы обнажились до самых десен, сожженная кожа растрескалась и лохмотьями слезала с запеченного мяса. Ульрика сочла бы подругу мертвой, если бы не слабое болезненное шипение, которое она издавала каждый раз, когда карету подбрасывало на ухабе.
Ульрика протянула руку, чтобы дотронуться до плеча Фамке, но замерла. Любое прикосновение наверняка причинит ей боль. Тогда она просто наклонилась ниже и прошептала:
— Пожалуйста, не умирайте, Фамке. Я везу вас домой.
Фамке не ответила.
Ульрика направила кучера к служебному проходу за особняком Гермионы, велела ему подождать, снова завернула Фамке в пальто и взяла ее на руки. Фамке мучительно вскрикнула, и глаза ее, подернутые белым туманом, распахнулись. Однако Ульрику она, кажется, узнала.
— Сестра. — Голос ее напоминал шуршание мертвой листвы под ногами. — Сестра, я сделала, как вы сказали.
Осмотрелась, прежде чем идти домой. Никого не было. Никого!
— Простите, Фамке, — пробормотала Ульрика, снова проглатывая комок. — Они, должно быть…
— Они пришли. Они знали, что я там. Шлюхи и охотники. Они знали!
— И я убью их, — пообещала Ульрика. — Всех до единого. Вы будете отмщены.
Фамке, кажется, не слушала. Она вновь прикрыла глаза, и кожа ее растрескалась еще больше, потому что лицо горестно скривилось.
— Лучше бы…
— Да?
— Лучше бы я никогда не встречала вас, — прошептала она. — Лучше бы я никогда не покидала свою госпожу.
Свинцовая тяжесть навалилась на Ульрику, руки ее задрожали.
— Но… но, Фамке…
Голова Фамке утонула в глубине просторного пальто, напряженное обугленное тело обмякло. Она снова потеряла сознание. Ульрика едва не встряхнула ее, чтобы разбудить и потребовать объяснений, но сейчас явно было не то время.
Она выпрыгнула из кареты, отнесла Фамке к задним воротам и позвонила в звонок вызова персонала. Солнце безжалостно струилось на ждущую Ульрику, поджаривая сквозь шляпу и пальто голову и плечи, но она терпела. Она не спасла Фамке — и потому заслужила боль. Заслужила, потому что сказала ей идти домой одной. Ей следовало оставаться рядом! Защитить Фамке!
Наконец в служебной двери открылось маленькое окошко, из которого встревоженно выглянул один из статных кавалеров Гермионы.
— Что здесь нужно охотнику на ведьм?
Ульрика чуть приподняла шляпу:
— Я Ульрика, подопечная Габриеллы. Со мной Фамке. Она тяжело ранена. Откройте. Ее надо убрать с солнца.