Ульрика парировала выпад чрезвычайно усатого юного лейтенанта, затем проткнула его насквозь и «стряхнула» с клинка на стол, где стояла горящая лампа. Окровавленное тело задело светильник, сбросив его на пол. Лампа разбилась, расплескивая вокруг огонь.
Капитан постарше метнул в Ульрику стул. Она пригнулась, приняла на рапиру капитанский клинок — и толкнула противника на третьего офицера. Они рухнули прямо в занимающийся пожар — и с воем выкатились, объятые пламенем.
Четвертого Ульрика полоснула по голове, но мужчина пригнулся, и рапира перерубила крючок, на котором висела еще одна лампа. По половицам растеклась вторая огненная лужа.
— Пожар! — взвизгнул кто-то. — Воды!
— Наружу! На улицу!
Капитан Гэблер метнулся к Ульрике, окровавленный, но вернувший себе самообладание.
— Разбойник! За это ты умрешь!
Ульрика с легкостью парировала его выпад и отбросила к Ругеру и его бойцам. Под видом заботы, якобы помогая капитану подняться, они схватили его за руки и стукнули кастетом по затылку. Капитан пошатнулся, и Ульрика нанесла удар. Со стороны казалось, что клинок вошел в тело, но она-то знала, что лезвие скользнуло вдоль ребер, вспоров дублет, но не плоть.
— Зигмар, он убил его! — рявкнул Ругер. — Месть!
«Лодочники» утащили Гэблера под стол, оставив закутанный в плащ труп там, где он сидел. Ульрика запрыгнула на стол, заодно пнув стул так, что мертвец растянулся на полу, но три оставшихся соратника Гэблера встали перед ней, заслонив выход.
Пока они наступали, Ульрика оглянулась. Заведение почти опустело, два очага пожара успешно разгорались, пожирая соломенную подстилку на полу и взбираясь по опорным столбам к стропилам. Ругер и Отилия, следуя за убегавшими клиентами к двери, посбивали на пол и другие лампы. Хорошо. Спасти пивную теперь непросто. А сейчас можно убить офицериков.
Они тоже прыгнули на стол, рубя, коля и пытаясь теснить ее. Рапира Ульрики скользнула под чей-то неуклюжий замах, пронзив горло первого противника, разрубила ключицу второго, налетевшего на падающее тело, а третий бросился на нее, намереваясь столкнуть на пол, но Ульрика отступила и лягнула офицера в лицо, сломав ему скулу, а потом прикончила ударом в спину.
— Тащите еще ведра! Скорее!
Ульрика обернулась. К одному из очагов пожара спешил трактирщик с ведром, в котором плескалась вода, а от конюшни бежали другие люди — с горшками и кастрюлями, наполненными из поилки. Ульрика зарычала. Они торопятся с водой, чтобы спасти здание, грязную груду бревен и штукатурки, но готовы сжечь живую, мыслящую женщину? Люди — подонки!
Прямо со стола она прыгнула на трактирщика и, прежде чем он добрался до огня, снесла его голову с плеч. Вода из ведра бестолково разлилась по полу, а вот голова закатилась прямиком в пламя. Остальные водоносы завопили от ужаса и кинулись прочь, когда Ульрика, завывая, бросилась на них, размахивая рапирой.
— Горите, дикари! — кричала она, преследуя мерзавцев. — Горите, как вы жгли ее!
— Тихо, дура!
Ульрика повернулась. У задней двери стояла Отилия, а бойцы Ругера вытаскивали во двор запеленутого в плащ Гэблера.
— Это не то, что велел вам говорить граф!
Ульрика с трудом собралась и огляделась. Они с Отилией остались одни — если не считать тел мертвых и умирающих, и повсюду вокруг ревело пламя. Потрескивали и стонали проседающие балки. Настала пора уходить.
Отилия указала на дымящийся на краю пожарища брошенный Ругером труп.
— Берите плащ, и пошли.
Жгучая ярость унялась, и теперь Ульрика почувствовала невыносимый жар бушующего пламени. Ей не хотелось подходить ближе к огню, но следовало поставить на место последний кусок головоломки. Она обогнула горящий участок, ухватила полу тяжелого плаща и стащила его с трупа. Мертвеца подобрали примерно того же роста и телосложения, что и капитан Гэблер, но его лицо… оно отсутствовало. Отилия приняла меры предосторожности, велев Ругеру сжечь его заранее, на случай, если пожар в таверне не справится с задачей. Ульрика накинула плащ на плечи, защищаясь от огня, и следом за Отилией выскочила из уже занявшейся двери во двор.
Мужчины и женщины, окружившие трактир, слишком увлеклись зрелищем пожара, чтобы обращать на кого-либо внимание, но вампиры все равно доиграли свои роли. Отилия подбежала к людям Ругера, вереща, чтобы ее защитили, и, когда появилась Ульрика, Ругер вскинул пару кремневых пистолетов.