— Я полагаю, произошло нечто чрезвычайно важное, — сказала Габриелла, останавливаясь перед рыцарем. — Потому что я не могу представить другую причину, почему вы заявились сюда без приглашения.
Родрик выпрямился, откинул назад гриву светлых волос.
— Это действительно чрезвычайно важно, госпожа, — ответил он. — Я пришел сказать, чтобы вы съезжали отсюда.
Глаза Габриеллы расширились.
— Что? — спросила она. — Вы пришли только за этим? Опять это бесполезное нытье? Своим визитом поставить под угрозу наше пребывание здесь? Да как вы посмели!
— Я ваш паладин, миледи! — процедил Родрик сквозь зубы. — Я дал клятву защищать вас. Как я могу делать это, если мы находимся в разных местах? Если вы не можете найти способ привести меня в этот дом, вы должны разместиться там, где я смогу остаться рядом с вами!
— Должна? — рявкнула Габриелла. — Вы будете говорить мне, что я должна? Напомните мне, рыцарь, — я дала обет повиноваться вам или это вы принесли клятву служить мне?
Родрик покраснел, поняв, что хватил через край.
— Простите, госпожа. Причиной моего необдуманного высказывания были лишь опасения за вашу жизнь.
Габриелла яростно уставилась на него, затем вздохнула.
— Прощаю, но вы должны уйти отсюда, и как можно быстрее. Я более-менее держу Альдриха в руках, но, столкнувшись с тобой здесь до того, как я переговорю с ним о тебе, он взбесится. Подумает, что я плету интриги за его спиной. Подожди немного, и все устроится.
— Значит, сегодня вечером? — хмуро спросил Родрик. — Завтра?
Габриелла вышла из себя.
— Когда я скажу! Когда я приму это решение, и ни на миг раньше! Королева, я подозреваю, что причиной всех ваших дурацких выходок является ревность! А теперь идите! Оставьте нас!
Лицо Родрика побагровело, но он лишь поклонился в ответ.
— Всегда ваш, госпожа, — проговорил он и направился к выходу.
Габриелла окликнула его:
— Подождите.
Родрик обернулся, на лице его вспыхнула надежда.
— Госпожа?
— Раз уж вы здесь, у меня есть для вас поручение, — сказала Габриелла.
— Я весь в вашем распоряжении, — поклонился Родрик.
— Рада это слышать, — ответила Габриелла. — Отправляйтесь к Гермионе. Передайте ей вот что. Мы нашли еще одно доказательство того, что не Матильда стоит за убийствами наших сестер. Мы обнаружили письмо от шантажиста. Он угрожал разоблачить Альфину как вампира, если та не заплатит кругленькую сумму. Сейчас я посылаю Ульрику проверить адрес, указанный в письме. Скажите Гермионе, что к утру я надеюсь узнать еще что-нибудь.
Лицо Родрика застыло.
— Меня вы отправляете передать сообщение, а мужскую работу поручаете этой девчонке? Госпожа, ваш рыцарь — я! Вы должны меня отправить на поиски убийцы!
Габриелла стиснула зубы.
— Вы, по-моему, только что сказали, что вы весь в моем распоряжении?
— Да, госпожа, но…
— Что «но»? — резко переспросила графиня. — Или да, или нет. Так что вы выбираете?
Родрик молча опустил голову и уставился в пол. Ульрика с омерзением глядела на рыцаря. Несмотря на доспехи и выправку, Родрик вел себя как ребенок. Капризное дитя, не более того. Но был ли таков его истинный характер или рыцарь стал таким, когда начал поить своей кровью Габриеллу? То же самое ведь произошло с Иммой и Квентином. Как только люди позволяли вампирам вонзить в себя клыки, они превращались в детей, непрерывно требующих внимания.
Габриелла подошла к Родрику, коснулась его руки.
— Дражайший Родрик. Я ценю ваше желание служить мне, но грязная работа — вынюхивать, подслушивать, подсматривать, — она не для чистых людей.
Графиня улыбнулась каламбуру.
— Это работенка для шпиона, и Ульрика, как и в прошлый раз, наилучшим образом для нее подходит.
Габриелла игриво толкнула молодого человека.
— Твой нос ведь по-прежнему не такой чуткий, как у нее, не так ли?
Родрик продолжал смотреть в пол, отказываясь поддержать игру, но в конце концов неохотно кивнул.
— Я… я отправляюсь к леди Гермионе, госпожа. Простите меня.
Даже не оглянувшись на прощание, он вышел из гостиной.
Габриелла задумчиво смотрела ему вслед, а затем обратилась к Ульрике.
— Запомни сегодняшний случай, пригодится, когда у тебя будут собственные главные доноры. Их любовь быстро прокисает, если ты не даешь им возможности доказать преданность на деле.
Габриелла нахмурилась.
— Мне нужно организовать для Родрика хорошую драку как можно скорее, чтобы исцелить его раненое самолюбие.