Немного покорила его наглость, но я постаралась себя успокоить – ведь я серьезно настроилась на нечто большее. Так не стоит переживать из-за какого-то шлепка. Тем более, это значит, что Кольке нравится моя попа. Милку тоже все тянутся потрогать за задницу. Кстати.
– Я ухожу! – оторвав подругу от ее музыканта, крикнула ей в ухо.
– Куда? – так же крикнула Милка, потому что в этом гремящем гвалте невозможно было нормально разговаривать.
– Туда! – я хитро улыбнулась, надеясь, что подруга поймет. И она поняла.
– С Колькой что ли? Ну и дура!
– Ты же сама говорила, что первым должен быть умелый, – я практически подпрыгивала, чтобы дотянуться до уха Милки. – А у него наверняка есть опыт.
– Умелый, а не мудак. Это разные вещи!
– Милуся, ты совсем про меня забыла, – ее кавалер потянул за руку и, придерживая за затылок, впился в губы.
А у меня еще ни разу не было настоящего поцелуя. Если я еще колебалась, то поцелуй подруги отмел все сомнения. Если не сейчас, то никогда.
– Пойдем? – очень кстати подошел Колька.
– Разумеется, это же выпускной! – широко улыбнулась я, и мы стали пробираться между танцующих тел.
Когда вывалились на улицу, нас уже ждало такси. Видимо, прощаясь с приятелями, Колька успел вызвать машину. Такой внимательный.
Кто-то из родителей тоже вышел освежиться, и мы, как зайцы, шмыгнули в салон.
– Куда? – скучающе спросил водитель, а мы давились от смеха, как ловко обвели надзирателей вокруг пальца, и не могли ответить. Вздохнув, он смотрел в потолок и дожидался, пока у нас закончится приступ смеха.
Наконец Колька успокоился и оговорив. Что сначала надо заехать в магазин, назвал адрес.
Я удивленно на него посмотрела. Насколько знала, он живет совсем не там, куда сказал ехать.
– Это хата приятеля, – Колька понял мое удивление. – У него родаки уехали, так что нам никто не помешает.
Он наклонился и поцеловал меня. Наконец-то. Это было так необычно, непривычно. Мокрые губы скользили по моим губам, горячий язык толкался, стараясь проникнуть дальше, но я все не решалась впустить.
– Приоткрой рот, – попросил он, видимо, устав бороться. – Ты что, ни разу не целовалась что ли? – это было сказано таким удивленным тоном, что я сразу расслабила челюсти.
– Вот еще, – не желая показаться неопытной дурочкой, я захлопнула глаза, подставила губы, и нова почувствовала мокрое прикосновение.
Вздрогнула, когда рука Кольки забралась под подол платья и больно сжимал ногу.
– Эй, молодежь! – водитель предпочел не оборачиваться. – Приехали.
Колька прихватил купленную по дороге коробку конфет, цветы и вытащил меня на улицу.
Даже от нечего делать не надо делать глупости
Мы оказались в довольно запущенном дворе. Железные, ободранные и изрисованные двери подъездом негостеприимно заперты. Полусломанные, щербатые качели тоскливо поскрипывают под теплым летним ветром. Вывернутые бордюрные камни представляют немалую угрозу для случайно зашедших сюда чужаков, а полуосыпавшиеся ступеньки, казалось, вот-вот обвалятся под ногами.
Как-то н так я представляла себе первый раз. Куда Колька меня привез?
– Не трусь, пойдем, – он взял меня за руку. И от тепла его ладони страх испарился.
И в самом деле, какая разница где. Главное, с кем. А о Кольке вздыхает половина школы.
Оступаясь, мы подбежали к одной из угрюмых дверей, и Колька приложил чип к замку.
Пропищал зуммер, и мы уже в обшарпанном подъезде с облупившейся краской. А Колька потащил меня дальше – к лифту.
Признаться, заходить в него было страшновато. Казалось, что пол вот-вот выпадет и мы свалимся в шахту. Но, кряхтя и скрипя, кабина добралась до нужного этажа и со вздохом открыла двери. Меня практически вынесло из лязгающей кабины. Обратно пойду пешком.
– Вот и пришли, – Колька взглядом указал на необычно для такого дома крепкую и добротную дверь.
Металл лязгнул о металл, и Колька втащил меня в квартиру.
Ослышался какой-то шорох, и я испугано оглянулась, но кавалер уже тянул меня в комнату.
– Здесь точно никого нет? – уточнила я.