— Иди сюда, зараза такая!
Эта «зараза» не желала останавливаться. Мила поняла, что надо что-то предпринимать и, выбрав подходящий момент, слепая балерина хищно прыгнула и накрыла вечный и неуловимый двигатель своим телом, проехавшись носом по блестящему от мишуры паркету.
Иринка со стоном зажмурила глаза, Лана, пронаблюдав повтор подвига Александра Матросова, задохнулась и загадочными, неровными классическими па отбыла за портьеру, Нонна приобрела окраску свеклы и сунула кулак в рот, чтобы не перекричать колонки своим «а-ха-ха», а Милка, гордо вцепившись в свою добычу, встретила финальные аккорды танчика со стульями со сведенной челюстью и в позе раком.
Публика бесновалась. Мистер Юсеф вспотел. Его коричневая лысина покрылась маленькими капельками и ярко поблескивала в честь Нового года.
— Где ты их откопал? — сквозь хрипы спрашивал он Ашрафа.
Тот и так находился в вулканообразном состоянии, а сейчас насупился еще больше:
— А то ты не знаешь, где…
— Спасибо, друг! Аниматоров можно домой отсылать! Эти русские всех заменят! — еле выговорил Юсеф и сильно закашлялся. Ашраф нервно щелкнул пальцами, подзывая официанта, чтобы заказать воды для своего приятеля, грозившего скончаться сию минуту.
Иринка выглянула из-за занавески и зажестикулировала Клопу: нужно срочно объявить музыкальную паузу и как-то сгладить столь неприятный момент. Муди, который в бессознательном состоянии валялся на стойке с аппаратурой и со слезящимися глазами наблюдал за двумя балеринами, собиравшими мебель и красивыми подскоками покидавшими сцену, среагировал на Иринкину гимнастику только тем, что дрожащим пальцем ткнул в кнопочку «Рlay». Заревели «Скорпионз», фонограмма к следующему танцу. Иринка в сердцах сплюнула в сторону Клопа:
— Идиот! — а в сторону коллег понесся такой мат-перемат, что даже у Бориса Ермолаевича, признанного лидера в данном лингвистическом направлении, завяли бы от зависти уши, рога и хвост.
Смысл Иринкиной тирады сводился к тому, что «Скорпов» танцевать не придется, так как Клоп вовсе не Клоп, а настоящий Муди с… (непереводимая игра слов). Следовательно, всем срочно нужно переодеваться на следующий номер. И вообще, уважаемые коллеги, вы сюда приехали не… (опять игра слов), а… (нетрадиционные синонимы слова «вкалывать»).
После вправления мозгов русская шоу-группа вышла на сцену и лихо сбацала «Рок-н-ролл». Публика радостно встречала девушек как своих, родных и любимых, а при появлении Милы гости выражали такой восторг, что заглушали ревущие в полную мощь динамики. И недотепа Милка, не была бы недотепой, если бы не устроила благодарным зрителям вторую часть Марлезонского балета. Деликатная женская проблема, образовавшаяся у нее в эти дни, вкупе с постоянной слепотой подвела еще раз.
Изобретение такого прекрасного защитного средства, как тампон, обрадовало всех женщин мира. Тряпочки, вата, марля, при применении которых ноги соединялись с трудом, а белье вечно пачкалось, хотя там, в том самом месте, пристраивался целый рулон, прочно забылись слабой половиной человечества с появлением прокладок.
Советским женщинам негоже было отставать от мировой общественности и наша промышленность выпустила свои бумажные пакетики, набитые распушенной целлюлозой, дабы помочь прелестницам выглядеть сногсшибательно даже в критические дни, Но изделия передовой советской промышленности во многом уступали зарубежным аналогам и, кроме того, сразу попали в разряд дефицитного товара. Были еще и детские подгузники, которые можно было элегантно пристроить от основания груди и до середины спины или просто разрезать на частей пять или шесть, изобразив дефицитную прокладку. Однако при втором способе имелся минус: распушенная целлюлоза весело осыпалась в трусы. Как ни крути, ватки, марли и тряпочки в СССР еще долго оставались в ходу.
Особенно обрадовались появлению тампонов, этому чуду юркой инженерной мысли, артистки балета, танцовщицы и спортсменки. В открытых костюмчиках, шортиках и купальниках использовать все средства, описанные ранее, не представлялось возможным.
Изгалялись как могли. Вставляли все, что только лезло. Крутили сами нечто, напоминающее так удачно изобретенный «Тампакс». И вот сейчас, приехав в совсем не передовую страну третьего мира, девочки были на седьмом небе от счастья, завидев в аптеках сине-желтые коробочки по вполне радостной цене.